Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПРОЗА (страница 20)

ПРОЗА

Александр Ралот | Кот поэтессы. Удав

Поэтесса возлежала на диване и повторяла одну и ту же строчку: “ты как март непостоянна, ты капризна, ты как март!” Белоснежного кота Барона и серую кошку Мурку она положила возле своих ног в качестве живых грелок, а котёнку Чернышу позволила разгуливать по себе и даже тереться о щеку.

Далее »

Сергей Жуковский | Солдат

А когда Женька опомнился, всё, собственно говоря, было уже кончено: из разбитого вдребезги окна подземного кондитерского магазинчика торчали толстые, в чёрных джинсах и вишнёвых модельных итальянских туфлях мужские ноги; двое отроков с пивом восторженно открыли щербатые рты; Надька, Женькина жёнка, в порванной бежевой блузке, беззвучно рыдала; а сам Володька, придавленный тремя ментами и закованный в браслеты, лежал носом к окурку «Camel»…

Далее »

Алексей Морозов | Кризис

Утром 31 декабря Валерий Петрович почувствовал себя плохо. Что-то испортилось в его мощном механизме, называемом телом. Жидкий солнечный свет последнего дня года осветил шторы. Он приподнялся на кровати, спустил ноги и въехал ступнями в остроносые ночные тапочки а-ля султан. Боль, словно ненадолго задремавшая змея, тоже проснулась.

Далее »

Александр Ралот | Кот поэтессы

Дворовая кошка Мурка переминалась с лапы на лапу. Животное с нетерпением ожидало, когда сильно подвыпивший жилец подъезда Николай Иванович Синицын, а по простому Колян, собрав в кулак растраченную в боях с зелёным змием силу воли, сподобится наконец одновременно нажать на домофоне заветные цифры 3 и 8, и желанный «Сезам», открывающий доступ в тёплый подъезд, соизволит допустить его к тёплой батареи отопления.

Далее »

Сергей Жуковский | Камертон

А к концу этого увядающего года вдруг – с каким-то мистическим, животным ужасом – осознаёшь, что те несколько людей, которые совсем недавно ещё жили, но перестали для тебя существовать навсегда – только плата за тех людей, которые благодаря тебе родились в этом году на Божий Свет.

Далее »

Владимир Темкин | Столетие алии семьи Левит

Владимир Темкин

Вернувшись из поездки в Израиль, некоторое время я не находил себе места. Cидя за письменным столом и глядя в чикагскую ночную темноту за окном, перебирал в памяти свои израильские встречи. В большинстве своем они касались бывшей работы. Как никак, но с фирмой нашей меня почти четверть века связывает. Для меня это треть жизни. Общением в этот приезд меня не обидели ни близкие друзья, ни приятели, ни коллеги.

Далее »