ПРОЗА

В Японию, в страну Вечнодымящих Вулканов, я выехал по приглашению самого императора Хурахито. Император ждал землетрясения, сопутствующего ему цунами, однако, на прогнозы местных коррумпированных вулканологов не полагался, и срочно, по электронной почте, вызвал меня, независимого российского эксперта.

«Спи, Малыш, спи»... Эта вечная луна тихонько положила на пол квад-рат окна, часть его оказалась на кроватке и согнулась вместе со свисающим одеялом. Он сидел рядом на стуле уже который час, наклонившись вперёд и положив руку на маленькое горячее тельце ровно между лопаток. Вторая ру-ка его свисала с распущенной ладонью и полусогнутыми пальцами.

У Иветты, работницы сборочного цеха, были роскошные, иссиня-чёрные густые кудри. Длинные, они плотной массой лежали на плечах и спине, и, даже если ты шёл сзади, сердце подсказывало: это красавица!

Глубокой и беспроглядной ночью, когда за изломом улицы, за ее крутым, почти под прямым углом, бешеным поворотом дымливо и сутемно курился январский Енисей, Вера Емельяновна Сургут собралась в Иерусалим.

Она была, несомненно, кошкой моей жизни. Без нее прошло 2 года, и только сейчас я могу уже писать эти воспоминания... Появление Василисы.

Как в Запорожье Вацлава Дворжецкого арестовали

Когда я написал свой первый рассказ и отнес его Алексею Пысину в «Магилёускую прауду», он оставил его на столе, сказав, чтобы зашел через неделю.

Влад заметил его боковым зрением — что-то было не так в фигуре этого бундеса. В том, что это был немец, Влад не сомневался — он уже давно с легкостью определял не только гражданство, но и материальный уровень и даже социальный статус клиента. Однако что-то выделяло этого немца.

Вот уже несколько веков как в календарной литературе существует особый жанр — «святочный рассказ». При этом не одно тысячелетие в еврейском календаре есть День Искупления и Всепрощения — Йом Кипур. А жанра Йом-Кипурных рассказов как не было, так и нет. И это нехорошо.

Много тысяч лет назад в Киев привезли художника Глазунова. Не помню, приезжал ли он сам, но в Национальном музее была выставка, и в связи с этим - страшный ажиотаж. О существовании художника Глазунова я узнала из телевизора и немедленно захотела пойти. Из телевизора следовало, что Глазунов – ярчайшее явление современной живописи, гигант мысли и светильник разума. Что он не просто так рисует, а создает творения с особым смыслом. В них зашифрованы послания человечеству.