Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПРОЗА / Зинаида ВИЛЬКОРИЦКАЯ | Сима, Мия и Аллергия

Зинаида ВИЛЬКОРИЦКАЯ | Сима, Мия и Аллергия

Сима, Мия и Аллергия

Почти педагогическая поэма

Мир, где живут дети, понятен и доступен взрослым, которые когда-то были детьми. Мир, где живут взрослые, пока непонятен детям. И от того, какие взрослые рядом, зависит многое.

«Сима! – позвонила бывшая коллега. – Знакомая моей знакомой ищет няню для девочки и помощницу по хозяйству, Мэри Поппинс и Фрекен Бок в одном лице. Оплата приличная. Я тебя порекомендовала. Что за семья? Мама – из наших, с виду ангел. Психиатр по профессии. Папа-марокканец держит нехилый овощной бизнес. Девочка как девочка. Не грудная. Лет семи-восьми. Пока она в школе, ты крутишься по хозяйству. Часы работы гибкие. Еще один плюс – семейство живет от тебя неподалеку».

Так Сима стала вспомогательным приложением к стиральной машине, кухонному комбайну, посудомойке, пылесосу… И девочке по имени Мия.

«Сима, у мамы есть сумка из настоящего крокодила. Я ее боюсь, хоть она неживая. Сумки сами не кусаются. Папа говорит, у них только цена кусается. А мама сказала папе, что он ее не любит и что он жадный. А папа доказал маме, что не жадный и что любит. Купил ей крокодиловые туфли. Они еще больше кусаются, чем сумка, но маме не больно и не страшно. Маме приятно. У нее на дешевые туфли аллергия. Теперь мама ходит с крокодилом на ногах по улице и топает им на меня, когда я стучу мячом. А еще мамин крокодил сердится, когда я громко пою. Сима, почему у белого медведя такой маленький хвост? Он им махать может, как белка? Или не может? Сима, у мамы есть туфельная комната. Когда ты там будешь мыть пол, дашь мне поносить блестящие красные?»

– Сима! Почему Мия ходит в моих туфлях? Она истопчет каблуки! Это не просто обувь. Это коллекция! Прошу уважать мои интересы. Вы обе шумите, как ненормальные! У меня сложная умственная работа. Неужели я не заслужила простой тишины в собственном доме? И научите, наконец, Мииного попугая правильно выговаривать мое имя. Не «Аллергия». Аллегра. В переводе с итальянского – энергичная.

Сима молча кивает.

– Сима, вы уже уходите? Прочитаете с Мией что-нибудь из Пушкина? Я с удовольствием отдалась бы Пушкину, но готовлюсь к завтрашнему заседанию. Сима, что вы за человек такой? Вы слишком медленно читаете Мие! Она должна чувствовать ритм! Это же великий Пушкин! У вас музыкальное образование? Какое? Музучилище? Это, конечно, не консерватория, но научить Мию играть «К Элизе» можете? Сначала гаммы, арпеджио? Мие не нужны гаммы. Ей нужно «К Элизе».

***

– Моя мама – доктор. Только она не кашель лечит. Она лечит то, чего мы не видим. Кашель мы тоже не видим. Мы его хорошо слышим. Мама больных на голову лечит. И папу вылечила. Он был больной на нервы, а как увидел маму, сразу выздоровел. Что тут думать? Мама красивая, папа красивый. Мама сделала папе одолжение и вышла за него замуж. А потом они меня родили. Я тоже красивая?

– Очень красивая.

– Кому верить: тебе, папе или маме? Ты говоришь, что я красивая, папа говорит, что я лучше всех на свете, мама говорит, что я похожа на папу и что быть похожей на папу плохо. У нас с папой слишком темная кожа. А няня Света сказала, что до папы Ицика у мамы были одни желающие приволокнуться. А он проявил серьезные намерения и женился. Мама его загипнотизировала, как удав кролика. Няня Света учила меня знать про жизнь. Мама ее выгнала и взяла Таню. Таня ничего по дому не делала и ругала маму за то, что она меня мало любит, а мама разозлилась и взяла тебя.

– Мия, ты самая хорошая, самая красивая и самая любимая.

– Да! – со счастливым лицом соглашается Мия. – Меня мама любит? Любит.  Папа любит? Любит. Сима любит…

– Сима! Мия! Ваши громкие разговоры мешают мне готовиться к семинару!  Идите на свежий воздух. Куда вы? В кино? Сима. Мия не заслужила кино. Пусть рисует слонов. Розовых. У нее слоны плохо выходят. Мия получает самые дорогие игрушки, экскурсии, кружки и ваши, Сима, услуги, но отдачи я не вижу.  Ей нужно найти себя. В искусстве, например. Что-что? Мия нарисовала сорок розовых слонов и рыдала над каждым? Не хочет рисовать розовых, хочет разноцветных? Вы мне портите педагогику, Сима. Сколько можно рыдать? У меня аллергия на детский рев. Успокойте ребенка и не стройте из себя вторую маму. Кстати, Сима. Миин класс идет в поход. Моя очередь сопровождать детей, но я не смогу сходить в кустики, если захочу. Пойдете вместо меня? Отлично. Соберите Мию в поход, сопроводите и проверьте, хорошо ли она почистила зубы. Если у нее будет кариес, это на вашей совести.

– Сима, а давай ты будешь моей мамой? – шепчет Мия. Сима – крепость, где можно переждать непогоду.

– У тебя уже есть мама. Она хорошая. Просто очень занятая работой.

– Игрушки в магазине меняют, а маму нельзя? Папу я бы оставила. Он на меня никогда не кричит, у него нет на меня аллергии. И он не выпускает попугая из клетки, чтобы Гоша ко мне не вернулся. Попугай меня любит и всегда возвращается, а мама громко удивляется, кто открыл клетку, чтобы Гоша улетел. Это мама открывала. Я видела. Ей Гоша надоел. Сима, ты мне дашь постучать деревянным молотком по мясу? Я хочу делать с тобой отбивные! Тук-тук-тук! Тук-тук-тук! Тук-тук-тук!

– Сима, что за стук? Почему мой ребенок делает за вас вашу работу? Вы можете сделать отбивные завтра утром, пока Мия в школе. Что вы сказали? Завтра с утра у вас очередь к глазному? Зачем вам глазной? Перед глазами мелькают темные пятна? У вас проблема в голове, а не в глазах. Ваш глазной врач не разбирается в психиатрии. Поставил диагноз – глаукома… Это непрофессионально.

***

Поводов сбагрить ребенка – множество. Но иногда накатывает желание пообщаться.

«Сима. Мия сильно выросла. Идите с ней покупать одежду, а я схожу к стилисту.  Мия, ты же хочешь, чтобы мама была красивая, чтобы с ней было приятно пройтись? Ты же не хочешь, чтобы мама выглядела, как Сима? Хочешь??? Сима. У вас странные морально-эстетические принципы. Вы прививаете моему ребенку дурной вкус. Мия, одежда подождет. Мы с тобой пойдем к стилисту. Вдвоем. Без Симы».

Мия не по годам умна и наблюдательна. Возможно, это заслуга предыдущих нянь. Возможно, природные данные.

«Сима, мы с мамой вчера ходили к стилисту! Бедный Цахи получил от мамы хорошую головомойку! Мама сказала, что он поиздевался над ее волосами и их убил. А Цахи сказал, что мама уже пришла с соломой на голове и слушать никого не хотела. А мама сказала, что безрукие парикмахеры ничего не умеют делать, только деньги дерут. Такая работа маму абсолютно не устраивает. Цахи обиделся, что он уже не стилист, а парикмахер, и обозвал маму недовольной скупердяйкой. Потом они друг друга заблокировали. Мама весь вечер жаловалась папе, как сложно выжить родителям, если у их ребенка тупая няня. Тогда папа похвалил мамину прическу, а мама сделала селфи и выставила нас всех в фейсбук».

Вот какая мама, золотая прямо. Идеальную жену и образцово-показательную мать постоянно отвлекал семейный быт, а также девочка Мия и ее дурацкая няня с дурацкими притязаниями на материнские чувства к чужому ребенку.

«Сима. Не обнимайтесь с Мией. Это негигиенично. Ей это не нужно. Вы для нее посторонний человек. Любовь к детям каждый понимает по-своему.

Материальные блага – ценнее мнимой душевной близости и тактильных ощущений.  Я лучше знаю, что нужно моему ребенку. Передо мной никто не плясал на задних лапках – и ничего! Выросла и состоялась, дай Бог каждому. Вам не приходило в голову, что любить можно без фанатизма? Миф о бескрайней материнской любви сильно раздут, а Мия всех строит и всеми командует. Ничего не хочет делать, что ей говорят. Она хочет, чтобы все делали, как она скажет. Кстати, Сима. Я забыла предупредить. Час назад Ицик с Мией укатили в Эйлат к дельфинам. Ребенка нет, зарплата идет… Сима. Хочу спросить. Откуда у тебя эта золотая цепочка? Ее случайно не мой муж подарил? Говоришь, от бабушки досталась? Ты нагло врешь! Ты одна из Ициковых пассий! У меня аллергия на всех вас! А может, это моя цепочка на твою шею перекочевала? Надеюсь, полицию вызывать не придется… Или придется? Что скажешь, Сима? Надо проверить шкатулку. Чего там еще не хватает?

– Я не могу это выдерживать. Даже ради Мии не могу. Чтоб у тебя, гадина, руки-ноги отсохли и язык онемел! – Сима стиснула зубы. Заболела голова, зашумело в ушах. Сквозь шквал ярости, которой раньше никогда не испытывала, зажмурила глаза, представила Аллегру в инвалидной коляске и шагнула к двери, чтобы больше не возвращаться.

Аллегра схватилась за сердце, застонала и, медленно скользя по стенке, осела на пол.

Услышав за спиной глухой стук, Сима обернулась. Аллегра лежала на полу.  Выпученные глаза уставились в потолок. «Сима! Сима! Аллергия!» – истошно вопил попугай.

– Аллегра, что с вами? – ответа не получила. Вызвала «скорую». Поскольку дома никого не было, пришлось сопровождать в больницу, ждать вердикта   медиков, звонить Ицику…

***

«Сима! Какая мама стала хорошая! Жалко, что ты не видишь. Она такая тихая, ее смело обнимать можно и по щекам гладить! Она теперь всегда молчит. А раньше злилась: «Мия, убери руки, на них микробы. Они травмируют кожу! Мия, ты плохо нарисовала мой портрет! Любимую маму могла бы и получше! Мия, не давай попугаю жареную картошку!» Сима, у нас теперь живет няня Света. Она носит все мамины туфли и дает поносить мне. Сима, я очень-очень по тебе скучаю».

***

Через пару десятков лет Сима зашла в уютное кафе на набережной и прямо с порога услышала знакомые интонации: «Это разве кофе? Почему он остывший? Это разве круассан? В нем шоколада – кот наплакал! Это издевательство! Безрукий персонал ничего не умеет делать, а деньги дерет. Такое обслуживание меня абсолютно не устраивает!»

Неужели Аллегра выздоровела?

За столиком сидела Мия, с возрастом еще больше похожая на папу, но характер явно мамин.

– Мия, милая, ты меня узнаешь? Я Сима.

– О, Сима! Ма нишма? Что слышно?

– У меня все в норме. Лучше расскажи, как ты.

– Аколь лё нахон. Все неправильно! – засмеялась Мия. – Поэтому я везде устанавливаю свои порядки. Управлюсь с любым крокодилом.

– Я только что слышала. Как мама?

– Нормально. Не помнит, как ее зовут. Не ходит, никого не узнает, никого не достает. Всем улыбается. Аллергией не страдает. Это тоже хорошо.

– Как папа?

– Его новая подруга сдувает с него пылинки. Он счастлив.

Разговор прервался телефонным звонком.

– Сима, мне надо бежать к машине. Что за люди! Я оставила дочку на заднем сиденье, заперла дверь, чтобы ребенка не украли. И зашла сюда попить кофе. Какая-то дура из тех, кому до всего дело, углядела мою Николь и позвонила в миштару. Полицейская деваха меня вызывает! Говорит, что лучше помереть без кофе, чем оставить грудного ребенка одного!

«Аллергия неистребима и просто так не сдается», – подумала Сима.

Зинаида Вилькорицкая

Иллюстрация Эдуарда Бреслера

5 3 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
2 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Лариса
4 месяцев назад

Браво, Зинаида Вилькорицкая! Зиночка, дорогая, отличный рассказ!

Римма Нужденко
4 месяцев назад

Отзыв на рассказ Зинаиды Вилькорицкой » Сима,Мия и Аллергия».
«Новый Континент»,24.01.2024.

«Не все правдивое смешно,но все смешное правдиво» Ф.Искандер.

С тонкой иронии начинает свой текст мастер прозы Зинаида Вилькорицкая,знакомя нас с героями своего рассказа.

В, казалось бы, обычную семью из трех человек: мамы — врача психиатра по имени Аллегра, папы,имеющего овощной бизнесс и девочки Мии попадает на работу Сима в качестве домработницы, которая в одну минуту становится » вспомогательным приложением к стиральной машине…..И девочке по имени Мия.»
«Сумка из настоящего крокодила» заменяет матери девочки такие, казалось бы, незыблемые понятия,как материнская любовь и способность делать добро.
На противопоставлении двух героинь Симы и матери девочки Аллегры-Аллергии строится сюжетная линия рассказа.
Органичность текста, смех и горечь, иллюзии и прозрение делают рассказ не только гармоничным ,но и поучительным.
«Страна детства Мии «и «Страна мудрости и любви Симы», пытающейся внести гармонию в жизнь девочки, находятся в постоянном противоречии с миром Аллергии — матери девочки.
Единство этих начал у Мии и Симы и диссонанс с миром матери, как и самой жизни — вот ,что ждет читателя.
Все мы вышли из «Страны детства», но только вынесли из нее разное.
Постепенно, ироничная картина быта сменяется горечью, и автор безукоризненно подчеркивает этот момент одной фразой,которую можно считать ключевой.
Замученная нелюбовью матери Мия говорит Симе:»А давай,
ты будешь моей мамой?».

Девочка не хочет, чтобы мама заставляла ее рисовать»розовых слонов», она хочет любви.
Автор предлагает нам, читателям, попробовать найти ответ на вопрос :» В каком соответствии находится мир детства и та реальность ,в которой мы находимся.И где та черта, за которой мы,взрослые,уже ничего не сможем изменить.
Ребенок-центр уязвимости.
Кто мог наделить взрослого правом решать свои проблемы , ломая душу ребенка?
Почему где-то «Мир детства» оставляет свет,а в других случаях он гаснет, и нравственные ценности остаются за границами добра.
На поиск ответов направлена авторская оптика автора,и предчувствие,что все для ребенка могло сложиться по-другому и не сложилось,уже не отпускает читателя.
Обеспокоенность автора считывется в тексте, меняется язык и стиль рассказа.
Все меньше иронии,все больше реальности, раздирающей душу.

«Сима,не обнимайтесь с Мией.Вы для нее посторонний человек».
Страх перед любовью, которую ребенок начал чувствовать к Симе вывел Аллегру за черту, она перешла к прямым угрозам, и Сима вынуждена была покинуть дом навсегда..
Да, Аллегру настигла кара, ее поразил удар.
А для ребенка ответ был предрешен.
Своим зорким взором Зинаиде Вилькорицкой удалось предугадать судьбу девочки, показав нам, что с ней будет в будущем..В любом ребенке есть что-то ,что является критерием счастья,правды ,веры в добро.
У Мии был этот шанс,ей просто не дали им воспользоваться.

Те корни,которые идут из детства разрастаясь и укореняясь, прорастают по-разному.
А вот корневая система остается общей с исходными нравственными ценностями.
Здесь в рассказе смех отошел на второй план, он не слышен и ноты горечи звучат все чаще..Детские забавы могли стать тем фундаментом на котором могла бы расти Мия,но не получилось..
Нам всем что-то на роду написано,этот вывод мрачен,но пример девочки -тому подтверждение..И это тот случай,когда ребенок не виноват,ей просто не помешали , как ростку дерева впитать сущность своей матери.
К сожалению,заглянув за черту своим авторским видением, Зинаида Вилькорицкая, сопоставляя образы Симы и Аллергии дала нам ответ.
Свое дело мать девочки сделала.
Невольно задумываешься о том,какой бы себя увидела девочка Мия,если бы ей удалось увидеть себя взрослую..
Наверное, ей стало бы страшно.
Вот об этой пропасти, которую судьба создала для маленькой девочки с чистой любящей душой, и ее превращение в копию матери, и написан рассказ..
Написан с искрометным блеском, где юмор и смех уживаются с горечью,вызывая то смех, то влагу на глазах.

Наверное,читатель предпочел бы открытый финал.
Автор решил по-другому: жесткий и горький конец
Давно замечено,что смех обладает способностью обнаруживать истину,но от этого не всегда бывает смешно.
Лаконичная концовка рассказа ставит финальную точку
.»Аллергия неистребима и просто так не сдастся».

2
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x