Петр ДРАЙШПИЦ | Друзья

 

ДРУЗЬЯ

До недавнего времени у меня не было друга. Настоящего. Верного. А на днях появился.

А произошло это так. На большой перемене я подошёл к однокласснику Витьке и сказал:

— Давай дружить!

— Давай! – согласился Витька – только сперва нужно узнать друг друга получше.

— Так спрашивай – говорю я – мне скрывать нечего. Всё о себе выложу! – только и ты от меня ничего не утаивай.

— Нет – говорит Витька – так неправильно. Чтобы узнать человека, нужно с ним пуд соли съесть. А это 16 килограмм!

Ты соль любишь?

— Сахар люблю больше, но для пользы дела я согласен и на соль!

— Отлично! – обрадовался Витька – айда в столовую. Сейчас же и приступим.

— К чему приступим?

— К сольной программе!

— Как у Робертино Лоретти?

— Это ещё почему?

— Так у него песня была – «О соле мио!»

— Ну ты и загнул! Хотя, может и мы запоём через недельку – пробурчал Витька мрачновато…

– Приступим — в одной чайной ложке 10 грамм соли. Умножаем их на количество дней в году и получаем чуть более трёх с половиной килограммов соли. Значит пуд соли мы съедим где-то за неполных четыре с половиной года и узнаем друг друга по-настоящему.

В школьной столовой Витька взял две чайные ложечки и с помощью солонки наполнил каждую наполовину.

— Соль лучше всего запивать томатным соком, но на первый раз и компот сойдёт – вздохнул Витька.

Мы мужественно приступили к процедуре узнавания друг друга.

— И совсем не противно – сказал я, скривившись.

— Очень даже вкусно – сказал Витька и поморщился.

Через десять дней я Витьке говорю:

— По-моему, я тебя уже узнал.

— А что ты обо мне узнал нового?

— Ну, много чего… К примеру то, что в последнее время тебе живётся несладко.

— В таком случае и я тебя успел раскусить – засмеялся Витька. – Это мы такие способные оказались – за короткий срок можем в человеке разобраться!

— А ты бы со мной в разведку пошёл? – Спрашиваю я Витьку в лоб!

— После уроков?

— Неважно. Если война, к примеру.

— Конечно пошёл бы. А ты со мной?

— И я пошёл бы.

— Давай тогда геологами станем – будем в разведку ходить на пару.

— Точно! Разведывать полезные ископаемые.

Так мы с Витькой подружились. Не разлей вода прямо! И пуд соли не понадобился. Что мы огурцы какие-то солёные? Так, малосольные…

***

СЫРЫЕ ЯЙЦА

Витька обожал сырые яйца — не нужно кипятить воду, незачем разогревать сковородку. Достаточно с обеих сторон проколупать по дырочке, и через одну из них яйцо мигом окажется у вас в желудке. Однажды Витька продемонстрировал этот способ поедания яиц другу Вовке. Вовка зачарованно глядел на друга, как будто тот был шпагоглотателем.

— Понравилось? – спросил Витька.

— Я вот всё думаю… – озабоченно начал Вовка — а вдруг там цыплёнок окажется? Маленький совсем, неоперившийся…

— Фантазёр ты, Вовка — рассмеялся Витька и добавил неуверенно: – Я бы почувствовал…

Витьке стало слегка не по себе. Действительно, яйцо в этот раз показалось ему не таким жидким и выходило оно из скорлупы с трудом.

Витька вдруг представил себе цыплёнка внутри яйца. Цыплёнок упирался слабыми лапками в скорлупу, пытаясь выстоять в неравной борьбе. У Витьки заныло в животе и заскребло на душе. Обед он в этот день пропустил. Ужинать тоже не стал. И спать отправился раньше обычного. А во сне Витька проголодался. И решил приготовить себе яичницу. Разогрел сковороду, масла плеснул. Взял яйцо покрупнее и ловко расколол скорлупу кухонным ножом. Из яйца на сковородку, прямо в зашипевшее масло, плюхнулся голый цыплёнок. Да как заорёт пританцовывая :

— Премного благодарен за горячий приём, но нельзя ли градусы поубавить!!!

Ошарашенный Витька сдёрнул сковородку с огня и уставился на цыплёнка.

— Ты кто? – спросил он дрожащим голосом.

— Я этот, как его… – ответил цыплёнок не сразу.

Ножки его, скользкие от масла, разъезжались по сковородке. Мысли вылетали из головы и куда-то испарялись. Провожая их взглядом, цыплёнок сумел ухватиться за край остывшей сковороды. Подтянувшись, уселся и свесив ножки, представился:

— ОМЛЕТ 1-й – яичный король!

— А ты кто? – спросил он Витьку.

— Виктор… – сказал Витька. И неуверенно добавил :

— Васильевич… А ты как в яйцо попал? НаКУРОлесил, наверное?

— ОкАльцевал меня злой волшебник ПЕТ. Ух, и рассчитаюсь я с ним! — воскликнул цыплёнок, растопырив крылышки. И немного успокоившись, добавил :

— Птичий грипп на его голову…

Потом задумчиво произнёс, обращаясь к Витьке:

— А ты, значит, сырые яйца любишь…

— Уже не очень… – виновато промямлил Витька и осторожно погладил себя по животу.

— Мне яйца вообще противопоказаны – солгал он.

— Ты это зря – сказал цыплёнок. – Я ведь не против. Ты только дырочки в скорлупе делай не очень большие – сквозит…

Проснулся Витька поздно. Голодный!

— А я тебе завтрак приготовила – сказала мама выходившему из душа сыну. — Глазунья тебя ждёт!

— Сон продолжается – подумал Витька и нехотя поплёлся на кухню.

На белочном лице яичницы тепло поблескивали два желточных глаза. А левый даже озорно подмигнул Витьке.

Витька подмигнул в ответ и соорудил себе бутерброд с сыром…

***

УРОК ЯЗЫКОЗНАНИЯ

Недавно мы с Мишкой выдумали новый язык. Звучный, сочный, не похожий ни на один из существующих в мире языков. Ну, может на японский слегка.

К примеру, слово МАМА на нашем никакойском языке превращается в МАСАМАСА. Секрет нового языка очень прост: после каждой гласной ставится буква С и эта же гласная. Всё! Новый язык готов!

И мы с Мишкой стали только на нём и разговаривать. Вокруг нас никто ничего понять не может. Наверное, удивляются — такие молоденькие, а уже иностранцы!

— Касак деселаса, Мисишкаса? — спрашиваю я у Мишки.

— Усу месеняся всёсё в посорясядкесе — посолнысый осокесей! — шпарит Мишка в ответ.

Так наговоримся за целый день на новом языке, что на русский с трудом переходим.

А однажды произошло вот что.

На школьной перемене мы с товарищами играли в футбол. Юрка Сочнов так долбанул по мячу, что когда тот угодил мне в голову, я сразу свалился как подкошенный! Я, наверное, сознание потерял. На секунду. Или даже на целых две! Но тут прозвенел звонок и я, держась за голову, отправился в класс.

Следующий урок был физика. И первым, как назло, Николай Захарович вызвал меня.

— Расскажи-ка нам, говорит НЗ (так сокращённо все называли нашего физика в школе), о природе электричества.

Мишка тут же (на всякий случай!) стал меня выручать — закричал с места, что я травмированный в голову и ушибленный в другие части тела. Но я мужественно вышел к доске и стал рассказывать о природе!

«Расскажу, думаю, о природе, а если время останется, то и об электричестве чего-то навру…»

Но НЗ сразу расскусил мою уловку.

— Ты, брат, по существу давай — сказал он нервно и как-то наэлектризовано.

» Отрицательно заряжен» — подумал я и стал отвечать по теме.

— Значит так. Ток — это движение электронов. Направленное. А направление определяет тот, кто возглавляет движение.

— Например, — я уверенно подошёл к розетке с тройником и проводами — в нашем классе движение электронов возглавляет тройник. С его помощью электроны по проводам бегут вправо и влево. А могут — вверх и вниз. Это уже от проводов зависит.

Я даже не заметил округлившихся глаз Никифора Захаровича, поэтому уверенно продолжал:

— Ток бывает постоянный и переменный. В розетке ток постоянный. Когда ни ткнёшь туда вилку электроприбора, он всегда там! А переменный ток… Тут я запнулся. Не мог же я рассказывать про ЭТО при всех. На любой перемене, когда я случайно, а иногда и специально, касался руки Светки Посметухиной, меня ток прошибал! Я так и называл это явление — переменный ток.

И тут я увидел круглые глаза НЗ. Они у него поползли на лоб и, упёршись в лысину, с ужасом уставились на меня.

— Ты это… — НЗ вернул глаза на место и, заикаясь, выдавил из себя:

— Ток-шоу ту-тут не ус-тра-и-вай. Отвечай по су-существу. Про закон Кулона что скажешь?

Ну, это было легче простого! Пара пустяков! Я точно знал, что папа маме на каждый день рождения дарит новый кулон. Это в семье стало законом. Я и поведал об этом с гордостью всему классу.

Но то ли всем завидно стало, то ли я опять сплоховал, чувствую, что никого кроме Мишки, мой ответ не убедил. И я почуствовал, что сейчас так коротнёт!

И тогда я резко схватился за голову. Мол, травма , о которой предупреждал Мишка, дала о себе знать. И вот последствия с осложнениями — я заговорил на никакойском языке!

— ДОСОРОСОГОСОЙ ЭСЭН-ЗЭСЭ! ПОСОЧТЕСЕННАСАЯСЯ ПУСУБЛИКАСА! СПАСАСИСИБОСО ЗАСА ВНИСИМАСАНИСИЕСЕ! СЛИСИВАСАЙТЕСЕ ВОСОДУСУ, ТУСУШИСИТЕСЕ СВЕСЕТ, ПИСИШИСИТЕСЕ ПИСИСЬМАСА!

Мишка начал было переводить меня, но тут лицо НЗ посветлело, глаза засветились, улыбка лодочкой поплыла в мою сторону, и я, не веря своим ушам, услыхал:

— НАСА СЕСЕГОСОДНЯСЯ — ТВЁСЁРДАСАЯСЯ ДВОСОЙКАСА! РОСОДИСИТЕСЕЛЕСЕЙ — СРОСОЧНОСО В ШКОСОЛУСУ!

ИСИ ПАСАПУСУ, ИСИ МАСАМУСУ — совсем уже по-японски добавил он.

— Наш человек! — сказал я потом Мишке.

— НАСАШ! — согласился Мишка. И мы рассмеялись. Чисто по-русски.

Петр Драйшпиц