Елена ХЕЙФЕЦ | Стервы, или Формула любви

СТЕРВЫ, ИЛИ ФОРМУЛА ЛЮБВИ 

Тишина многолика. Она может быть звонкой и умиротворённой, как в летнем лесу. В ней человек не одинок, а живёт со всем миром сразу. А есть тишина  другого сорта — вязкая и бесперспективная. Её подкармливает одиночество. Такая тишина прокрадывается внутрь и там оседает холодной моросью.

Только очень равнодушный человек не страдает от одиночества. За окном предчувствие весны — природа ликует, поёт и пляшет. Анне не повезло. Сегодня её тишина — это тишина одиночества. С ногой в гипсе лежит человек на диване и пытается спланировать день. А как его спланируешь, если жестокая судьба решила её обездвижить в один из самых удачно складывающихся  моментов жизни? На горизонте маячила командировка за рубеж в качестве переводчика. Так долго разруливала ситуацию, прогибалась и в глаза заглядывала, чтобы поехать… Теперь поедет другой молодой специалист. А она ещё месяц, как минимум, будет дёргаться по квартире на одной ноге, и зависеть от окружающей среды. Анна села на стул возле окна, открыла форточку. Ветер оглушил весной.

В оконном квадрате, между начинающих зеленеть берёзовых ветвей был виден птичий клин. Как на картинке в Димкином букваре. Гуси, наверное. Или журавли.

Почему эти патриоты в чужих краях не остаются? Там всегда тепло, всегда сытно. Нет, они обязательно возвращаются. Пример для подражания. Кто и когда вложил в их птичью суть, что надо летать именно так — клином, а не иначе? Миллионы лет они так летели и, вот, сейчас… Планету терзали землетрясения, потопы, вымирали мамонты, люди что-то изобретали, воевали и мирились, а пичугам хоть бы хны – у  них свой распорядок. Надо лететь так, а не иначе…

— Из всего плохого, что с тобой происходит, — думала Анна, — надо извлекать хорошее. Не поехала в загранкомандировку, зато впереди месяц больничного. Можно отлежаться и ни о чем не думать. А так бы бегала  по иностранной державе за людьми в строгих пиджаках, переводила бы их умные мысли. Жила бы  по чужому расписанию — ни в магазин заскочить, ни в кафе. Теперь есть повод классику перечитать, которая даёт нам определённую модель мира. Хорошая литература даёт хорошую модель. Книги надо перечитывать. Фиксировать свой рост.

Вечером придёт Верочка, одна из подруг, принесёт еду. Она внимательна и окружает заботой, словно одеялом укутывает. У Анны в жизни есть два верных человека — Верочка и Майя. На удивление абсолютно разные: ”боевые стервы”, как охарактеризовал этот союз один из бывших Майкиных мужей. «Мы таковыми  не рождаемся», – сопротивлялись подруги, — «Это вы потом их из нас делаете. При нормальных мужиках и бабы нормальные!»  Майка — стоматолог. У неё частный кабинет. Чинит народу испорченные зубы. Анна всегда удивлялась: «Как можно работать стоматологом? Каждый день неприятные впечатления!»

Майка абстрагируется. Зато деньги идут хорошие. У неё волчья хватка при ангельском обличье. Сейчас в Майке вызревает новая страстная любовь! В середине дня был от неё звонок. Голос тихий, бесцветный, словно больной.

— Ты что не здорова? – спросила Анна.

— Да!

— Что случилось?

— Болит душа, Анька. У  меня роман, хотя в том-то весь ужас, что его ещё нет! — промямлила подруга.

-Не поняла ничего. Что происходит?

-Ничего не происходит… Говорить, собственно, не о чем. У нас был случайный, безумный ситуативный секс на работе, и всё. Ну ситуация так сложилась! Теперь я не ем, не сплю, ничего не готовлю, не живу вообще. Я кажется, умираю, Аня. Умираю, потому что он не звонит, а я жду. Я жду его звонка с утра и до вечера, и ночью тоже.

Майке за всю её жизнь не один мужик не изменил. Не успевали. Она действовала по известной фразе: «Поступай с другими так, как не хочешь, чтобыуспели поступить с тобой!».Майка обрастала любовниками, как ракушками — днище корабля.

— Майя, что это за «безумный ситуативный секс?» Это когда совсем без мозгов? Ты воспользовалась служебным положением, угрожая  кариесному мачо бормашиной!

—  Это ты брось. У него прекрасные зубы, просто человек следит за собой.  Он серьёзный бизнесмен. Там всё как надо — накачан, ухожен и прочие славные характеристики… — Майка  томно вздохнула.

—  Нечего трепаться по телефону! Давно бы приехала.

— Что привезти? — Майкин голос был  лишён жизни.

— Пиво привези, у меня в холодильнике роскошный лещ лежит, замаялся тебя ждать.

Майка у Анны — подруга из «прекрасного далёка», ей всё можно рассказать, обо всем поведать, но эгоистична до крайности. Делает всегда только то, что хочет, к чему душа зовёт. А если не зовёт, то простите, это не к ней. К этому Анна привыкла. Майка позвонит только тогда, когда ей это будет нужно. Знает  прекрасно, что она тут хромоногая валяется в четырёх стенах, но ни слова о том… Просто сейчас у неё другие проблемы. Но Анна, как и Верочка, на этих её особенностях не зацикливаются. Потому что знают, что в большом и серьёзном на неё можно положиться. А тут нога! Подумаешь… Мелочи… А на фоне Майкиной очередной любовной истории тем более… Сегодня  хромая, а завтра  всё о`кей. Делов-то…

Майя красивая. Занимается собой  вплотную.

— Учусь стареть без  душевной боли, — говорит девчонкам. — Этот  процесс должен быть  плавным.

Она права, конечно. Средь зимы, когда своё белое тело стыдно и в бане показать, Майка вся загорелая, спортивная, сексуальная и в себе уверенная. Ест мало — то морковку, то капустку хрумкает, после шести ни-ни. Считает, что стерва за сорок не имеет права выглядеть подвявшим букетом. Она и через двадцать лет будет мужикам головы кружить.

Олег — третий муж. Думали, что на нем Майка  и остановится… С ним её как-то, как в анекдотах про командировки, застал Майин второй муж — Кирилл. Ситуация для очень крепких нервов. Как у Майки. Кирилл не простил её шалости, дрался с соблазнителем, разрушал кулак о крепкие Олеговы зубы, отстаивая права. А зачем? Какой смысл? Если тебе изменяют, ищи причину в себе. От хорошего мужа жена не гуляет. Значит что-то тут не то. Майя ходила к Анне, делила с ней своё чувство вины, жалела Кирилла. Но всё пронеслось и сгладилось. Развелись. Бывший муж женился и растит двойняшек. Счастлив. А у Майки кроме романов и собственной красоты – ничего. Когда надумала ребёнка завести, пару лет носилась по больницам, выслушивала диагнозы врачей, надеялась на успех, потом поостыла. Сама цинично говорила: «На протоптанной тропе трава не растёт!» Переживала  лишь вначале. Майя увлекалась легко и легко остывала. Птичка певчая. Ей важен процесс влюблённости, вздохов и страданий. Прелюдия — рапсодия. С Олегом они уже пять лет вместе, ему её особенности хорошо известны. Что она только не вытворяла! Не понять: любила ли она его когда-нибудь вообще. Майя, как только покоряла очередного мужика, теряла к нему интерес. Аня советовала взять из детдома сироту и воспитывать, укрепляя семейные отношения. Олег был против — либо своё, либо никого!

— Зачем чужие больные гены разгребать?

А Майя все считала, что дети у неё ещё впереди, вот как замаячит на горизонте соответствующий объект, все тогда и успеет. А когда уже успевать? Всё надо успевать в своё время. Не успела — в сторону! Другие на подходе!

Вот Анна успела. А что толку? От этого семья крепче не стала. Она давно мать одиночка. А что важнее: муж или дети, если всё это категорически не складывается вместе в одну кучу? Анна не такой лёгкий в отношениях человек, как подруга. Она верная и преданная, у неё все должно быть основательно, на века. Простота Татьяны Лариной: «Я другому отдана и буду век ему верна!»

И муж, как ей тогда казалось, должен быть таким же до гробовой доски. Смешные  ожидания. Наивность подросткового возраста. Такого не бывает. Так и не сложилось. Её доверчивость была поругана в первый год совместного проживания с Иваном. Она его любила — сердце останавливалось, как любила! Ну, и что? Итог: кому была нужна эта самоотдача? Может быть, сама в чем-то виновата? Женщина в объёме общей с мужчиной жилплощади быстро перестаёт быть загадкой. Об этом естественном процессе надо помнить всегда. Халат, бигуди, жирная маска на лице и прочие подробности — никто этого не должен видеть. Он и так тебя уже давно разгадал, и ему не интересно. А вокруг столько  длинноного-короткоюбочного соблазна шастает! Вот они загадки-то где!  Майкин вариант: ищи сама приключения — не будешь обворована, сама всех обворуешь. Майка мстила за всеобщую поруганную честь.

Анна была другой — верность хранила, дитя растила, обладала умом и талантами. Зачем сохранять то, чего нет? Если  здание разрушено, незачем его восстанавливать. Кривое и косое! Возиться в пыли и грязи, которая уже осела на всём — на  вещах и лицах. У мужиков своя  философия, у баб своя. Они в своём представлении о мире и семье никак не пересекаются. А надо, чтобы как у Мастера с Маргаритой «кто любит, должен разделять участь того, кого любит»… Может быть, это и есть формула любви?

Свежим ветром перемен ворвалась в квартиру подруга. Не женщина, жар-птица! Этюд в багровых тонах! Красный плащ, бордовые джинсы, сногсшибательная чёрная  блуза, нитка розового жемчуга на шее и алая сумка. Красный — любимый Майкин цвет, цвет уверенных в себе женщин. В старину считали, что этот цвет лечит. Больные надевали красное и окружали себя красными вещами. Не иначе, как подружка прямо оттуда или просто лечится.

На лицо изменения Майкиного женского содержания. В глазах грусть и безысходность, движения замедленные — вся в себе, полный и окончательный пофигизм.

— Аня! Я сошла с ума! Со мной такого никогда не было. Никогда! Веришь? Это что-то невероятное, от чего совершенно невозможно отказаться! Невозможно! — Майя бросила скользящий взгляд на гипсовую ногу, будто та проживала самостоятельно, отдельно от Анны.

-Ты должна дать мне совет как быть. Плыть по этому течению или…

— Майя! Что бы я тебе ни советовала, ты всегда плыла по течению. Только я умоляю тебя не порть отношения с Олегом! В седьмой раз хочешь замуж сходить?

— Пока зовут, надо ходить!

Майя нахмурилась, молча набросала на стол всякой еды —  копчёное мясо, коньяк, колбасу, сыр, апельсины в сеточке, пиво, коробку дорогих конфет. У Майки денег куры не клюют, но они не задерживаются — всё по ветру. Делает только то, что хочет, покупает то, что пожелает, никогда не экономила и никогда никаких накоплений. Лёгкая душа. Принесла охапку нарциссов, словно жёлтое облако. Изящные, с мудрёной серединкой.  Недолговечные, как Майкины любови. Простоят один день и карачун цветам. Но сейчас можно получить удовольствие. Майка человек сиюминутного удовольствия. «Ситуативный секс!»… Господи! …

Анна ставит жёлтое облако в голубую пупырчатую вазу. Вот и весна! Неделю дома, а такое ощущение, что полгода без людей.

—  Ну, что там у тебя? Сколько можно с ума сходить? — спросила Анна.

— Я думала, что во мне всё уже замерло, а тут… Боже мой! Сиреневый туман! Скажи, только честно — как я буду выглядеть, если сама позвоню? Ты ведь знаешь, что я такие штуки не приветствую. Хотя мой девиз — свобода и равенство! Ведь это они должны убиваться и восхищаться, а мы лишь позволять им это делать.

— Позвони сама, если так уж тебя забирает. Твоя гордость просто поражает воображение. Переспать со случайным персонажем «ситуативно» — можно, а позвонить, неловко. В чем дело, Майя?

— Видишь ли, он сказал, что позвонит сам. Когда мужчина так говорит, значит, он даёт себе право на звонок. За собой оставляет право, не за мной. Он ведь не сказал “ПОЗВОНИ”. Он, честно говоря, даже телефона не оставил. Но, боже мой, как же я хочу его видеть! Ты, Анюта, не понимаешь! Угробила жизнь на своего единственного и неповторимого дятла, сколько сладких моментов потеряла. Зачем? Встряхнись, танцуй, пока молодой! Какого чёрта закапывать себя в бытовуху? Кому это надо?

Майя устроилась в кресле, поджав ноги и разливая по бокалам коньяк.

—  Да, Майка, твоя болезнь неизлечима! Ну, что это за любовь с первым встречным поперечным? Слепая ты, что ли?Анна ситуацию принять затруднялась, шутила, но, по существу, ей смертельно жаль было, что  сама она не могла страдать  вот так же.

И Майка права, много упущено в жизни. Ради чего? —  грустно  подумала  Анна. Жизнь и  так словно скороговорка, которую мы стремимся побыстрее проговорить. У Майи, скорее всего очередная пустая и ненужная связь, но как красиво у неё все эти страдания получаются! Живёт полной жизнью. Наверное, это так сладко — каждый раз умирать и возрождаться… И чтобы  сердце падало в пропасть…

— Интересно, что думает наша Верочка о любви? — задумчиво произнесла  Майя.

У Верочки семья — образец для подражания. Дома чистота стерильная, трое детей, все накормлены, уроки выучены, не кашляют и уши чистые, муж прибран, здоров и сыт.Верочка, конечно, не бегает по соляриям и бассейнам по спа-салонам и парикмахерским. Муж такую вольность бы не понял. Вера похожа на сдобную ватрушку с марципаном — круглая и вкусная. Колбасится на кухне, детям носы вытирает, пелёнки меняет, мужу десерты организует.  Его не смущает бигуди и халат? Он её такую любит, ему никто, кроме неё не нужен. Он сам в кальсонах и взъерошен! Её образ претерпевал изменения с той же скоростью, какие происходили и с ним. Сына ему родила в тридцать девять лет. Чем не подвиг? У него к ней никаких претензий! Может, это от того, что и к себе никаких особых требований нет?

Александр у Веры был образцовым мужем и обсуждению не подлежал. Совковый мужик — особый  стандарт. Но Анна с Майей почему-то Веркиному тихому омуту не завидовали. Кому нужны кальсоны и взъерошенность!?

— Когда они  нас соблазняют, в кальсонах не ходят, — шутила  Майя. Верочкин муж — это просто  каша из топора. Когда крупы нет.

—  Такие мужчины, как Александр, всё тургеневских девушек  ищут.

Смешно в наше время на них равняться. Тем не менее, нашёл же! -продолжала Майя.

— Если бабы — образцы добродетели, — могут шпалы укладывать и бетон месить, то в чем, дело-то? Давайте «по чесноку»:  всё пополам. И шпалы и любовь. Я феминистка. Женщина так же свободна в своих чувствах.

Свою тираду Майя запила коньяком и завершила лозунгами:

— Я не собираюсь зависеть от обстоятельств! Я сама строю свою судьбу!

Майка — корнями из деревни. Откуда она понабралась этого своего свободомыслия? Там ведь все так строго! Родители спокойные, скромные и тихие. Откуда  этому урагану было взяться?

—  Ну, так что всё-таки произошло, Майя? — вернулась Анна к главной теме Майкиного прихода.

— Господи, всё так странно и невероятно. Он пришёл  ко мне на работу!

— Что же в этом невероятного? Пришёл мужчина зубы лечить. Он же не в булочную со своими зубами направился. Ну, а дальше? У тебя медсестра, врач у соседнего кресла. Какая страсть может овладеть в такой обстановке?

— Это был конец рабочего дня. Никого уже вообще не было, а Машку я домой отпустила, зачем ей торчать, если больных нет?

Вошёл писаный красавец, мужчина моей мечты. Зрелый человек, волосы с проседью, улыбка голливудская, одет великолепно, Парижем пахнет.

—  Ну и как же он тебя соблазнял с открытым-то ртом?

—  Я тебя умоляю, не опошляй. Всё случилось совершенно  неожиданно и непредсказуемо. Короче, зачем тебе все эти подробности? Бывают ситуации, когда победить себя ты не в силах. Ты понимаешь, Олег был в командировке, дома никого. А здесь — слово за слово, проболтали часа три, он сходил в кафе, принёс ликёр. Почему-то мужчины считают, что мы этот сладкий кисель любим. Короче говоря, он тоже никуда не торопился… так и прокружились всю ночь в кабинете с потушенным светом. Только фонари уличные в окна светили… Фантастика!

— Ну,получила удовольствие — хорош! Зачем каждый раз  все усугублять? Нет, тебе мало, ты пытаешься завладеть душой. А ты знаешь, где его душа? Что ты о нём знаешь вообще?  Он тебе и телефона своего не оставил.

— Узнать телефон было не сложно, он есть в карточке. Не в этом дело. Я всё равно им вряд ли воспользуюсь. Это мужчина должен позвонить, а я — лишь организоваться для решения. Если я позвоню — всё разрушу. Эту тайну, эту возможность и не возможность встречи… То что я думаю и как мучаюсь — это только ты знаешь. Он  об этом знать не должен, и в этом своя сладость.

Как-то нудно  и протяжно зазвонил телефон. Анна подняла трубку. Звонил Майкин Олег.

— Аня, Майка не у тебя?

Анна замерла, не зная, что ответить. Они только начали делиться событиями, и Олег запланирован не был.

— Вот сидит, дать трубку?

— Нет. Мне ей нечего сказать. Делится любовными переживаниями? Я это её состояние прекрасно знаю. Кого она там опалила своим эротическим напалмом? Невменяемая! Есть не готовит, ходит по дому  с поволокой в глазах. Ты бы её вразумила!

Трубка брошена.

Далёкие отчаянные гудки. За гудками спряталось страдание.

Анна знает, как по-особенному звучит так брошенная трубка. Она через это прошла.

— Майя, тебе Олега не жаль? Ты что творишь? Из-за какого-то случайного пациента.

Майка сидела, опустив голову, и не вслушивалась в  поучительные слова. Не получив одобрения и сочувствия, она выключила нужный рычажок. Не  понимаешь — от винта! Это в её стиле. Налила полные рюмки  коньяка.

— За любовь!

— За любовь!

— Мы, что, сегодня напьёмся? — спросила Анна?

— Захотим и напьёмся! Кто нам указ?

—  Майка, а помнишь, мы пытались вывести формулу любви?

—  Не помню. Интересно, что за формулировки у меня были в моем,  почти невинном, прошлом?

— Я весь наш юный трёп на эту тему хорошо помню. Ты говорила, что любовь — это вирус, разрушающий организм. Человек просто болеет и не может вылечиться. Ты уже тогда всё про любовь знала.

-А ты что говорила?

-Я по стандарту. Любовь — это когда один человек не может жить без другого. Очень примитивно.

— Ну а что ты сейчас об этом думаешь?

— Любовь — это  рабство. Подчинение одного человека другому.

— Как зовут твоего пациента по сексу?

— Арсений.

— Что ты о нём знаешь?

—  Ему пятьдесят два года, он бизнесмен, что-то с недвижимостью. Больше ничего!

— За любовь!

— За любовь! — Пошёл какой-то коньячный кураж. Как много, однако, нелепостей делается под этим допингом!

— Хочешь я ему позвоню? Узнаем, кто там с ним проживает, — спросила Анна.

— Это для меня  не имеет никакого значения. —  Майя  быстро достала из сумки бумажку с телефоном.

Анна  уверенно набрала номер.

— Алло. Здравствуйте. Простите за беспокойство. Я журналист местного  телевидения. Поучаствуйте, пожалуйста, в нашем интерактивным опросе.

В трубке весёлый женский голос дал согласие. Было ощущение, что человек только что смеялся и его прервали.

— Ваша формула любви.

После небольшой паузы голос ответил:  «Любовь — это, когда нечем дышать,  если ОН не рядом».

-А вы можете задать этот же вопрос тому, кто сейчас рядом? —  коньяк делал своё дело, и Анна не отпускала абонента.

— Арсений, сформулируй для корреспондента телевидения, что такое любовь.

Было слышно, как весёлый голос уговаривал Арсения поделиться своими  мыслями с народом.

-Извините, но мой супруг отказался.

— Будьте так добры, есть ли у вас рядом ещё кто-либо?- не могла успокоиться Анна.

В трубке послышался  молодой женский голос.

— Представьтесь, пожалуйста. — официально произнесла Анна.

—  Меня зовут Альбина, мне двадцать два года, я будущий юрист. Я  думаю, что любовь — это цветок, который надо поливать, окучивать и истреблять сорняки.

Всего хорошего!

Трубку положили…

Зачем надо было звонить? Чтобы убедиться, что у людей всё в порядке, никто не умер, не повесился и не отравился газом? Живёт там жизнерадостная  женщина и не знает, что у её мужа иногда происходит ситуативный секс с зубными врачами… Стало не по себе.

— Не позвонит он тебе, Майя! Кончай страдать. Хоть страдания и очищают душу, но чисть её другими методами.

— Почему не позвонит?

— А у него очень милая жена.

— Ну, и что? Я тоже милая. Мужикам все равно. Они от милых ещё как  лихо  набрасываются на других  милых. Обновляют впечатления. Ты знаешь, нет никаких формул у любви! Нет никаких закономерностей. Я знаю, ты осуждаешь меня за легкомыслие, но я такая, и ничего не могу с собой поделать. Давай своего леща, сейчас ударим по пиву.

— После коньяка? Это себя не любить! Такая композиция не для хромых!

В дверь позвонили. На пороге образовалась Вера с пакетами.

-О, гуманитарная помощь! — воскликнула Майя.

-Как хорошо, что ты зашла, а мы тут о любви толкуем.

Вера замерла:

— О любви? Майка что ли мужа хочет сменить?

Вера сняла старомодный  плащ, плюхнулась на диван. А что вы о ней ещё не знаете, девочки?

—  Мы о ней знаем всё!  — деланно пьяным голосом ответила Майя. —  А вот у тебя она была хоть когда-нибудь?

Верочка задумалась на секунду, поправила причёску.

— А почему ты думаешь, что нет? Конечно, была. В восемнадцать лет. Но это был самообман и заблуждение вследствие выброса гормонов. Обычные дела. Период, когда желаемое представляется явью. Объект моих чувств совершенно  не заслуживал. Тогда я этого не понимала и на многое закрывала глаза. Я ждала встреч с ним, умилялась глупостям, прощала нелепости и пошлость. Я находилась в таком огромном пространстве. И у меня были крылья! Мой любимый был очень сложным человеком. Он ко всем своим сложностям, генетически был зависим от спиртных напитков. Когда он меня прижимал  к забору в городском саду и пах при этом водкой и луком — вся моя восторженность улетучивалась, и я видела голую правду. Так пришло разочарование и конец моим чувствам.

Тем не менее, сейчас вспоминается  только  хорошее.

Как видите, опыт моих любовных переживаний невелик. Всё  закончилось, когда на горизонте появился Александр.  Теперь у меня, слава Богу, семья, дети и я уверена, что в этом счастье. Любовь — это когда ничего не хочется менять,  и не искать никакие новые впечатления. А в чем  вы тут собираетесь разобраться?

— Да, это все пустяки. Майка  опять сошла  с ума, но это пройдёт. -улыбнулась  Анна.

В комнате повисла тишина.

Как твоя нога? — спросила Верочка. Сколько тебе ещё носить эти килограммы?

Майя внимательно  посмотрела на гипсовое сооружение, будто видела его впервые. Да, кстати, как твоя нога?

Вспомнила, наконец!

— Всё нормально, заживает.

В дверь позвонили. Вера открыла. На пороге стоял Майкин муж.

— Гуляем?  С откровенной досадой он окинул  взором коньячно-рыбный стол. Ну и как  местные феминистки  оценивают нас, несчастных, на сегодняшний день?

Проходи, потом  будем разбираться, — улыбнулась  Анна.

— Нет, спасибо, я за женой.

Майя молча поднялась и стала одеваться.

— Послушай, Олег, — влезла Анна с вопросом, —  у нас тут дискуссия о любви. Мы всех спрашиваем. Поучаствуй, как представитель противоборствующей стороны. Продолжи, пожалуйста, фразу «Любовь — это…»

Олег открыв дверь, пропустил Майку вперёд, задержался и, обернувшись, произнес: «Любовь — это когда ты всё можешь простить! Понимаешь?

В-С-Ё!!!»

Елена Хейфец