Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПРОЗА / Ованес АЗНАУРЯН | Пионовые розы

Ованес АЗНАУРЯН | Пионовые розы

Photo copyright: pixabay.com

Пионовые розы

Было опять лето. Стоя за дверью, он прекрасно знал, что происходит в квартире, все до мельчайших подробностей.

Услышав его звонок, она сначала, помогая себе руками, села на диване, на котором лежала, повернулась, потом с помощью тех же рук опустила на пол сначала правую, потом левую ногу. Потом подсела к краю дивана, потом, держась за подлокотники инвалидного кресла, одним рывком встала на ноги и упала в свое кресло, заменяющее ей ноги. На нем она поехала в прихожую.

– Это ты?

– Да.

Потом она отперла замок и отъехала назад, потому что дверь открывалась вовнутрь.

– Входи, я открыла!..

– Привет. – Он нагнулся и поцеловал ее.

– Привет, – сказала она. – Опять ты принес пионовые розы!

– Знаешь, – ответил он, – я попрошу у твоих родителей ключ, чтоб ты каждый раз не мучилась.

– Правильно.

– А они отдадут?

– Да. Они же тебя знают. Мама говорит, ты хороший мальчик.

– Правильно.

В комнате он сел на диван. Она осталась в своем инвалидном кресле.

– Как ты спала?

– Прекрасно, а ты?

– Тоже неплохо.

– Я видела какой-то сон, но сейчас я не помню какой.

– Меня во сне не было?

– Нет. Иначе я бы запомнила.

– А что ты делала, когда ждала меня?

– Ждала тебя.

– Нет, я серьезно.

– Читала.

– Еще не закончила ту книгу?

– Нет. Осталось еще десять страниц.

– А что ты будешь читать потом?

– Не знаю. Ты мне принесешь другую книгу.

– Обязательно. Я уже знаю, какую книгу тебе принесу.

– Какую? Скажи.

Он улыбнулся:

– Узна́ешь. Сюрприз.

Она сидела в своем инвалидном кресле и была в длинном цветастом сарафане, и у нее были обнажены худые плечи. У нее были очень грустные глаза, у нее был небольшой с горбинкой нос, у нее были мягкие темно–каштановые волосы, которые всегда удивительно пахли …

– Что замолчал? Скажи что-нибудь.

– Я думаю.

– О чем интересно?

– О том, что я тебя люблю.

– Не верю…

– Что-о-о?!

– Я пошутила.

– И что ты скажешь в ответ?

– Спасибо, – сказала она. – Хочешь сок?

– Разве за любовь благодарят?

– За любовь к инвалиду – всегда. Хочешь сок?

– Ты не инвалид.

– По-твоему, я бегунья на длинные дистанции? Или прыгунья с шестом?

– Хочу сок.

– Вот и сходи за ним. Он в холодильнике. Стаканчики в шкафчике.

Он пошел в кухню и вернулся с соком и стаканами.

– Мама сегодня не придет на перерыв, – сказала она.

– Вот и хорошо, – сказал он. – Зачем нам мама? Мама нам ни к чему.

– Ты противный! А она еще тебя так любит!

– И на здоровье! Я ее тоже люблю, но только заочно. Когда она на работе, например.

Она рассмеялась.

– А что ты скажешь о моем отце? – спросила она.

– Мужик! – ответил он, и непонятно было, это комплимент, или наоборот.

Они выпили сок, потом он помыл стаканы, потом она сказала:

– Сегодня исполняется одиннадцать месяцев с тех пор, как это со мной случилось.

– Я знаю. Не думай об этом.

– Я не могу не думать, – сказала она. – Хотя уже привыкаю к своему положению.

– Не думай и все, – сказал он. – Это случилось и больше уже не случится.

– Да. Хуже этого уже ничего не случится.

Он промолчал и только смотрел на нее. А потом сказал:

– Когда-нибудь ты сможешь ходить.

– Нет… Послушай… Почему ты со мной возишься? – вдруг спросила она.

– Не понял, – сказал он.

– Почему ты меня не бросишь? Целых одиннадцать месяцев приходишь ко мне, делаешь со мной уроки… По–твоему, ты меня любишь?

– Конечно!

– Это не любовь, – сказала она. – Это жалость. Ты просто жалеешь меня и поэтому не оставляешь.

– Ты не права!

– Права. И ты это прекрасно знаешь. Ты просто не знаешь, как от меня отвязаться.

– Я не хочу «отвязываться» от тебя. Что на тебя вдруг нашло?

И тут она заплакала. А он воодушевленно сказал:

– Я на тебя женюсь!

Она рассмеялась:

– Придурок!

А потом он взял ее на руки и осторожно посадил на диван.

– Ну, что ты теперь делаешь, а?

– Ничего криминального. Хочу посмотреть на твои ноги.

– Не поднимай сарафан, нахал!

– А разве дома кроме нас еще кто-нибудь есть?

– Нет.

– Тогда в чем дело? Мама на перерыв не придет. А до папы еще далеко.

– Не надо смотреть на мои ноги, – сказала она. – Они плохие. Неживые.

– У тебя самые красивые ноги в мире!

– Откуда ты знаешь, что в мире?

– Ну, на физкультуре я смотрел на ноги других девочек. Так что я знаю.

И он стал целовать ее ноги. Долго, в каком-то непонятном, новом для себя порыве. Когда он целовал ее ноги, она смеялась. А потом зашептала:

–Не надо. Слышишь? Не надо… Давай есть персик. Хочу съесть персик. Он на кухне. Принесешь?

Он принес из кухни вазочку с персиками, виноградом и яблоками и положил перед ней на журнальном столике.

– Давай есть персики и рассказывать друг другу смешные истории.

– Давай. А еще можем съесть персик и пойти погулять. Хочешь?

– Да…

Они съели персики, потом виноград, потом яблоки, потом посмотрели ее детские фотографии, а когда вернулись ее родители, они вчетвером пообедали, и потом он снова предложил ей пойти погулять. Он спустил к подъезду инвалидную коляску, потом и с помощью отца девушку, и соседи смотрели из окон, как они бережно усадили ее в коляску.

– Куда мы поедем? – спросил он.

– Только не на Лебединое озеро[1], – сказала она. – Там слишком много людей. Они будут смотреть и жалеть. Слушай, а ты мне расскажешь смешные истории?

– Да. Завтра.

– И завтра придешь снова?

– Конечно, почему ты спрашиваешь?

– Знаешь, каждый раз, когда мы вечером расстаемся, я думаю, что ты на следующий день просто возьмешь и не придешь.

– Я приду, – сказал он, потом добавил: – И всегда буду приходить.

Они гуляли по городу до темноты. Он шел за ней, толкая вперед коляску, а она время от времени откидывала назад голову и смотрела на него снизу-вверх. А он думал о том, что счастлив. И еще о том, что придумает много смешных историй, чтоб завтра ей рассказать, и чтоб она смеялась. Он любил, когда она смеялась. Он любил делать так, чтоб она смеялась. А потом неожиданно он попросил Бога, чтоб Тот его берег, потому что он должен позаботиться о ней…

С этого дня он почувствовал себя взрослым.

Они как раз заканчивали 10-й класс, и он собирался поступать на факультет прикладной математики, что ли. Но так и не поступил. Стал работать где-то грузчиком.

Через четыре года, в начале октября 2020-го года, на пятый день 44-дневной войны, он, совсем недавно демобилизованный, добровольцем записался в армию и уехал из Еревана. Вернулся он уже в Ераблур[2].

На скромном обелиске под фотографией было написано:

Геворг Хачатрян 2000–2020 гг.

На могиле всегда были свежие цветы.

Пионовые розы.

Ованес Азнаурян

[1] Лебединое озеро — декоративный водоём (бассейн) в центре Еревана, у площади Свободы.

Место народных гуляний, проведения развлекательных мероприятий. В зимнее время часть озера используется как каток.

(Википедия) 

 «Ераблур» (в переводе с арм. — «три холма», также Военный пантеон «Ераблур») — военное кладбище, расположенное на вершине холма на западной окраине Еревана. На Ераблуре захоронены герои Армении, а с 1988 года здесь покоятся армянские воины Карабахской войны.

(Википедия)

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x