ПРОЗА

Полтора десятка лет назад в московском издательстве «Знак» вышла в свет  семейная сага Давида Гая «Средь круговращенья земного…». Это не мемуар, не историческое исследование, это роман в чистом виде. В основу положена жизнь двух ветвей семьи Гольдфедеров – российской и американской – за сто лет. В реалиях, пересечениях, взаимосвязях. Героев романа, философски-насыщенного и одновременно остросюжетного, не миновали бури 20-го столетия, и любопытно проследить, как удается им выстоять, зачастую в неравной борьбе, с неизбежными потерями.

Фрагмент из романа "Полководец Соня, или В поисках Земли Обетованной"

О пока еще не вымершем племени нюхателей бумажных книг

Сегодня подумала. Как же мне в жизни повезло. С рождения, с раннего детства.

Под одним небом

Лет 20 назад подруга попросила найти одного художника в Москве и передать ему привет. Ну, по армянскому обычаю, и маленький сувенир.

Андрей зашёл в номер и измерил взглядом просторную гостиную с бежево-золотистым диваном и креслами. Простой, но удобный дизайн в стиле Джорджио Армани приглашал насладиться отдыхом.

Мне был 21 год, молода, совершенно до наивности глупа, очень капризна и вспыльчива, хотя я думала, что умна и принципиальна. Когда я заканчивала школу, мои родители только недавно шумно развелись, мама осталась с маленькой сестричкой, я жила у бабушки, и больше всего в мои 16-17 лет мне не хватало любви и ласки.

Эмиль происходил из богатых латышских аристократов. Внешне он этому точно соответствовал – лицо интеллигента, холёные руки, негромкий разговор, чуть надменная улыбка, спокойствие и выдержка. Педант и аккуратист. Таким я запомнила дядю Эмиля, мужа маминой двоюродной сестры Иды.

Повесть “Десятый круг” вышла в Москве отдельной книгой в самом начале 1991 года стотысячным тиражом. Судя по оценкам читателей, она вошла в список бестселлеров. По сути, стала первой, изданной в горбачевский период и рассказавшей то, что в СССР принято было замалчивать, и уж во всяком случае, широко не афишировать. Еврейские гетто оставались своего рода “белыми пятнами”, население знало о них в самых общих чертах. Советская пропаганда тратила огромные усилия на борьбу с “тлетворным влиянием сионизма”, Израиль подвергался всяческому осуждению — тема тотального уничтожения фашистами евреев не вписывалась в эту “борьбу”.