Зинаида ВИЛЬКОРИЦКАЯ | Хороший Умный Йожик

ХОРОШИЙ УМНЫЙ ЙОЖИК

Про нецивилизованных котиков и высококультурные аббревиатуры 

Уличный кот Ватсон – хозяин забора. Хороший забор. Каменный. Прочный, удобный.

Ватсон на нем высоко сидит, далеко глядит, всё видит, всех слышит. Вокруг птички поют, деревья цветут…  Все хорошо-замечательно и вроде всего хватает.

В один прекрасный день выяснилось – не хватает возвышенного. Об этом сказали фланирующие вдоль забора Кепка-в-шортах и Шляпка-на-каблуках. Выгуливающие Панамку-на-внучке.

«Мы приехали в страну, где нет святого… Откуда ему в этом свинстве взяться? Рожать – умеют, воспитывать – не умеют… Ихние – хуже обезьян! Мы им столько дали, а они… Ведут себя, как дикари: по имени-отчеству не называют, по-нашему не соображают… Дети – вообще ужас… Хотят – бегают, хотят – прыгают, хотят – ноги на сиденья выкладывают… Элементарное воспитание – на нуле… Так и хочется по ушам съездить… Мы к такому не привыкли… Мы к другому привыкли… В   стране – развал: сплошные гранаты и бананы, а малины – нету, нету, нету… У них все примитивное… Даже коты!»

Под это монотонное жужжание Панамка-на-внучке успела ткнуть палкой в Ватсона; швырнуть пару камней в мирно воркующих голубей; нарвать лимонов, созревающих в ближайшем палисаднике, – и попрыгать на каждом. А между делом намалякать на заборе популярное слово из трех букв и ускакать на проезжую часть. Кепка-в-шортах и Шляпка-на-каблуках помчались вдогонку.

Вернулся Ватсон на законное место и думает: «Какие благородные люди! Вот так запросто, мимоходом, превратили мой скромный забор в центр мировой цивилизации! Я просто обязан проявить уважение и понять, что там написано!»

Учитывая огромное количество понаехавших русскоговорящих, а с ними – русско-мяукающих, русско-лающих, русско-чирикающих и русско-шипящих, Ватсон обратился к Вероне – или попросту Верке.

Верка-Верона была не простой кошкой. Ученой. Ее – по причине повышенной блохастости – выставила на улицу хозяйка Майка, в доизраильской жизни трудившаяся в научно-исследовательском институте. И не какой-то там банальной профессоршей, а престижнейшей буфетчицей!

Разговор шел на международном кошачьем.

– Что тут написано? Буквы? Символы? – удрученный своей дремучей некомпетентностью, Ватсон вглядывался в забор, как баран Бенедикт в новые ворота.

«Ой… Вэй… Как выйти из этого затруднительного положения? – Верона онемела от неожиданности. – Наши иногда такую чушь городят, но разве можно разочаровать столь импозантного джентльмена с бравыми усами и хвостом-трубой?»

– Эврика! – осенило Ватсона. – Это… математическое уравнение! Надо же, какие одаренные эти русско-понаехавшие панамки-на-внуках! Даже на заборах уравнения решают!

– Это не уравнение… – засмущалась Верка-Верона.

– Что же тогда означают икс, игрек и английская буква «ю»? – настойчиво порываясь постичь истину, Ватсон чуть не свалился с забора. – Может, шифр?

Как увильнуть от ответа? Радуясь, что Ватсон не читает по-русски, Верка-Верона хорошенько пораскинула мозгами, взвесила «за» и «против»…

– Аббревиатура это!

– На каком? – навострил уши Ватсон.

– На великом и могучем!

– Сия мудрость обогатит всех нас! И что она гласит?

– Ну… – Верона опустила мордочку. – Прямо сказать – неловко. Я же не человек…

– В принципе, коты – тоже люди. В большей или меньшей степени! – подбодрил Ватсон. – Мы не хотим быть «хуже обезьян»… Так что тут написано?

– Ну… Тут… Это… Это…

– Что это? Что? – допытывался Ватсон. – Познать возвышенное – мой долг! Говори! Я помираю от нетерпения!

– Хороший Умный Йожик! – поддержав марку высокой культуры, выкрутилась Верона. – Он у нас такой знаменитый, что его на всех стенах и заборах пишут!

Зинаида Вилькорицкая

Фотоиллюстрация Игоря Варченко