СОРТИРОВКА: adve

У меня удивительный папа! Недавно он опять меня удивил!

Шукала одну інфу, в пошуках винесло бог зна куди. Я коли шось шукаю, треба вчасно зупинятись, бо хочеться вже стулья ломать.

Последний оставшийся в живых свидетель расстрела в Бабьем Яре 30 сентября 1941 года

Зацвёл шиповник,
Будто выпал снег,
Разбередил затянутую рану.

И не говорите мне, что так не бывает… 

Вики проснулся совсем-совсем рано. Как же спать можно, когда они с мамой сегодня поедут в большущий-пребольшущий город, пойдут в замечательный, преогромный игрушечный магазин и купят любую-прелюбую игрушку. Какую он только захочет! Как же спать можно!

Редакция американо-израильского «Нового Континента» с глубоким прискорбием сообщает: 29 января после тяжёлой болезни ушла на 80-м году жизни наш постоянный автор Ида Константиновна Яхнина. Да будет благословенна ее память. Ида останется в наших сердцах навсегда. Искренние соболезнования родным и близким.

Не бывает некрасивых городов. В каждом – своя изюминка. Надо просто разглядеть, увидеть, проникнуться… Будапешт – город с многовековой историей, некогда имперский, и тут торопиться никак нельзя. Он раскрывается не сразу, а постепенно: сначала он так застенчив и скромен, что кажется, ну что в нем особенного? Обычный город со своими буднями, устаревшими, мягко говоря, дорогами, побитыми мостовыми. А потом... ближе к самому центру Будапешт начинает удивлять, потрясать, оглушать – и так по нарастающей. День, другой – и ты находишь в нем все больше и больше очарования и окончательно убеждаешься, что город этот прекрасен.a

Если вы думаете, что Сыкер – это фамилия Шломы, то вы ошибаетесь. Сыкер – это на идиш «пьяница». Такое имя Шломе дала его жена Перла. Шлома, конечно, любил выпить и умел выпить, но никто никогда не видал его валяющимся под забором или в каком ином непотребном виде. И поэтому имя Сыкер ему по-настоящему никак не подходило, но Перла упорно называла его так, и, в конце концов, все Краснополье привыкло, что Шлома – это Сыкер. И самое главное, что и сам Шлома привык к этому имени и спокойно отзывался на него.

Ноябрь - девятый в том календаре, который позабыт и канул в лету. Ты говоришь, что мне идёт каре. Я говорю: "Карету мне, карету!" Перетерпеть осенний этот мрак и вылезти наружу из туннеля - нельзя никак. Пока совсем никак. Пока убито время на дуэли.