ПРОИЗВЕДЕНИЯ

«Кто никогда не лжёт, того и судьба бережёт», - говорят в народе. А ещё говорят: «На чужой каравай рот не разевай, пораньше вставай, да свой затевай».

Смирению, о время, научи
и к созерцанью обрати сердца.
Пусть непереводим язык свечи,
дрожащий возле самого лица,

Собственно, при жизни уроженца села Софиевка Бердянского уезда художника Исаака Бродского, а речь пойдет именно о нем, – о самом талантливом ученике автора легендарной картины «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», – Запорожская область, как административно-территориальная единица, существовала всего ничего: 10 января 1939 года она была создана – с включением в ее состав Бердянского района, а 14 августа Бродский умер. Поэтому используемое мной название «Запорожье» относится не к городу за порогами Днепра: это географическая характеристика славного края за днепровскими порогами, включая и Бердянский район [бывший уезд], естественно.

Воля Божья на голову кары сыпет,
Не скрывайся, заплаканных глаз не прячь,
Убежавшим от Ирода в ночь, в Египет
Истребляемых первенцев слышен плач.

Проснулась Надя как-то
И услыхала вдруг:
«Кап-кап», – трезвонят капли.
«Кап-кап» – весёлый звук!

Заметки на полях собственных книг

Прежде прочего начнем разговор с двух кратких вводных историй.

Конец жары.
Под дверью плачет осень.
Ещё денёк —
И встанут холода.
Средь серого ватина в небе просинь,
Как в проруби  с хрусталиками льда.

Иосиф, хозяин маленькой мебельной фабрики, где собирали медицинские кровати и стоматологические кресла, в это утро вошел в цех не один. Рядом с ним, низко опустив голову и глядя в пол, стоял подросток лет шестнадцати. Арабский мальчик, невысокий, худенький, смущённый и растерянный перед незнакомыми взрослыми людьми. Работники цеха обернулись, внимательно разглядывая, кого привёл хозяин.

К лету сёстры справили мне «техасы». Народ щемился в очередях к закройщикам, напавшим на золотую жилу. В обтяжку по бёдрам, круто в клёш от колена и с поясом, который шириною устроил бы самого заносчивого мексиканца. Главный же козырь – материал. Палаточный хаки. Брезент. Самый ядрёный из всех палаточных брезентов. Чтобы лопотал в ходу, как сотрясаемый лист фанеры. В насмешку их величали «джипсы», «чухасы», а мне… Ни до, ни после ни одна обновка не доставила мне большей радости, чем эти штаны. К тому же в Ялте сестричка, к которой приехал, подарила мне сомбреро, что составило в комплекте со штанами законченный ухарский набор. Я был настолько же неотразим, насколько и потешен.