Марк АЗОВ | Отчего погибла еврейская цивилизация

ОТ ЧЕГО ПОГИБЛА ЕВРЕЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Роман в рассказе
От чего погибла европейская цивилизация?… От Рабиновича, который сел за руль, включил зажигание и поехал…
Но не будем забегать вперед.. До гибели цивилизации мы еще дойдем.  Куда спешить? А пока жена его, Роза Давидовна, аж побелела сквозь  клубничную маску на лице и бросилась к телефону.
— Он опять уехал к своей профурсетке! — кричала она  подруге.
— От мужчины можно всего ожидать.
— От мужчины — да   Но от машины я не ожидала такой подлости. Она завелась!
— А что, раньше не заводилась?
— Заводилась. Но на этот раз я слила весь бензин, до последней капли. И ей хоть бы хны: завелась и повезла эту сволочь к его профурсетке.
— Без бензина?
— Я же говорю, слила!
-Так может, он опять залил?
— Когда? Он дрых без задних ног у меня под контролем. Я с него глаз не спускала.
— А кто-нибудь другой?
— Кто? В доме никого не было кроме меня и Вадика, который еще ходит на горшок.
— Спроси у Вадика: кто-нибудь подходил к машине, пока ты не спускала глаз со своего благоверного?
Вадик восседал на  горшке перед папиным ноутбуком,  Он играл в какую-то воинственную игру.
— Не мешай, — сказал он маме, — у меня еще остались две жизни.
Но мама захлопнула ноутбук,  и Вадик, подняв попу с горшка,  заревел, как буксир на Волге.
— Он еще недоволен.! – возмутилась мамаша. – Сидит два часа на пустом горшке!
— Горшок был полный, я вылил.
— Сам?
— А что?
— Сам отнес в туалет и вылил?
— Почему в туалет? В туалет не интересно. А у машины папиной есть такая дырка. Вчера заткнутая, а сегодня не заткнутая.  Я туда вылил все из горшка… Буль-буль.
У Розы Давидовны в мозгах  помутилось: неужели на этом можно ехать, вместо бензина?!
Так и спросила у своего папы.
А папа у нее был большой ученый, доктор наук.  Получив от дочери информацию, неполную  и противоречивую, он решил побеседовать лично с внуком.
— Скажи, пожалуйста, что было в горшке?
— Писи.
— Ты уверен? Может, бензин?
— Я  писаю не бензином, а как все дети.
— Ну, может, ты до этого выпил бензину?  Случайно, по ошибке..
— Дед, ты дурак, что ли?  Бензин воняет бензином.
— Резонно. И все-таки. Может, ты  пил или ел  что-нибудь такое необычное, чего никогда раньше не пробовал?
— Нет. Я их и раньше пробовал, таблетки… Красненькие.
— Роза!.. —  ученый папаша забегал по комнате, хватаясь за предметы мебели, потому что в глазах у него все кружилось. — Роза! Ты не мать, ты мать…, — далее следовала не научная лексика. — У тебя ребенок пьет мочегонное!
— Которое доктор Циммерман прописал тебе, а ты, старый маразматик,  разбрасываешь. по всей квартире.
И они выясняли отношения до вечера , пока не подействовало снотворное, которое  ученый папаша заглотал в паре с мочегонным, отчего проснулся среди ночи, и вдруг его осенило:
— А что если?… Если писи внука в сочетании с таблеткой доктора Циммермана дают соответствующую горючую смесь, способную заменить традиционные энергоносители?
Это эпохальное открытие начнет новую эру в истории человечества!
Давид Моисеевич, папа Розы Давидовны, был не только доктором наук, а еще  и смотрел телевизор, и этого вполне достаточно, чтобы  карта движения страстей на планете была развернута перед ним, как перед полководцем.
Страны, обладающие запасами нефти-газа, как правило, малоразвитые и тоталитарные. А  западные демократии, гуманные политкорректные и либеральные, как назло, не имеют своих энергоносителей. В результате  дикие, черные, агрессивные  исламские фундаменталисты качают нефть, а заодно и  права у изнеженных европейцев. И высоколобые либерал-интеллектуалы вынуждены ломать  шапку перед всякой шавкой вроде иранского президента, который пи-лю-ет с нефтяной вышки на все их угрозы и санкции.  Поэтому  прогрессивное человечество роет копытами землю в  поисках альтернативных  энергоносителей, которые  позволят западной цивилизации сойти с нефтяной иглы.
А оно — вот оно здесь , под рукой.…. Давид Моисеевич занес то, что было под рукой,   над унитазом, но вовремя спохватился, скользнул на кухню, нашел там баночку, наполнил, накрыл крышечкой и спрятал под кровать.
Назавтра он не поленился проследить за своей ревнивой дочерью и, когда она в очередной раз слила бензин из бака, дабы супруг ее Рабинович не уехал к своей профурсетке, Давид Моисеевич тайком вылил содержимое баночки в опустевший бак автомобиля.
Рабинович сел за руль, включил зажигание  и укатил, как ни в чем не бывало. Остался   выхлоп из трубы, на этот раз такой экологически чистый, как в первом случае, когда машину заправлял Вадик.
Состоялся семейный совет, на  котором грешный Рабинович отрекся от своей профурсетки перед лицом открывшихся перспектив. И в результате на дороге появилась новая частная автозаправка – семейный бизнес.  Точнее, двусемейный:  пришлось подключить мишпуху доктора Циммермана. Во-первых, он выписывал таблетки в промышленных масштабах, во-вторых, соблюдал еврейские традиции, и у него на горшках сидели двое, а не один Вадик, еще трое ходили в туалет, и один  — в университет. Кроме того,  у доктора Циммермана были прочные и  полезные связи  в лаборатории,  где производились анализы мочи.
Новая заправочная станция фирмы «Рабинович, Циммерман и компания», сразу привлекла к себе внимание:  к ней всегда тянулась вереница машин, потому что  горючее здесь стоило дешевле, и по качеству не уступало… Что еще надо?
Но человек по природе своей — сволочь, иначе не скажешь. Сразу же начались интриги конкурентов. Они быстро пронюхали, что бензином здесь и не пахнет, а, даже совсем наоборот, пахнет кое-чем другим.
В один прекрасный день к  Рабиновичам приехала чья-то «крыша». В штатском. Так, что сходу не разберешь: то ли бандиты под видом  милиционеров, то ли милиционеры под видом бандитов.
— Колись, как ты, блин, заправляешь наш отечественный автотранспорт своей еврейской ссакой?
— Мы, конечно, извиняемся, — отвечал им Давид Моисеевич, доктор наук, — но уже сама постановка вопроса у вас, уважаемые оппоненты, содержит две фактологические ошибки: во-первых, транспорт у вас не отечественный, а иномарки, во-вторых,  ссаки любые сгодятся, даже ваши, если принять таблетку.
Бандиты тут же попробовали, заглотали по таблетке, заправили свои машины даже без помощи  шлангов и умчались настолько счастливые, что  забыли замочить конкурентов.
Это спасло жизнь Рабиновичей-Цимерманов, но подорвало их бизнес.
Заправочные станции на альтернативном энергоносителе стали расти, как грибы. Один, бизнесмен в законе, срастился с муниципальными властями, ведающими общественными писсуарами, модернизировал эти заведения так, что ни одна капля  добра не пролетела мимо его кармана. В итоге, и горожане довольны – можно не мочиться на забор, а войти внутрь сортира, и  чиновник построил себе два туалета на даче, и бизнесмен стал монополистом.
Другой  приватизировал все пивные ларьки  с обратной стороны, прорыл там канавки, впадающие в канавы словом, создал систему, подобную ирригационной.
Но все это было бы бессмысленно, если бы  не реклама таблеток Циммермана. Во-первых,  их стали продавать без рецептов на каждом углу, во- вторых, объявили аналогом  виагры, повышающей потенцию у мужчин.
Но  крутые реальные бизнесмены и этим не ограничились. Они создали рабочие места для желающих хоть что-то заработать. Люди приходили, что называется, по зову гудка, получали таблетки и стеклотару, в конце рабочего дня сдавали свои трудовые достижения, а  в конце месяца получали зарплату.
Но, как говорится, недолго мучилась старушка… Олигархи — миллиардеры, чьи имена украшают список Форбса, скупали альтернативные автозаправки, как семечки — стаканами.
И вот  однажды Давид Моисеевич, который от дел отошел и потому благополучно разменял восьмой десяток, наткнулся на биржевую информацию в Интернете и обалдел от счастья: нефть подешевела! Да еще как! Баррель нефти – дешевле кружки пива. А  газ?  Люди готовы доплатить, чтобы им и не пахло в атмосфере. И все это благодаря гениальному открытию безымянного благодетеля человечества Давида Моисеевича, пожелавшего остаться неизвестным. Отныне и навсегда великая  американо-европейская, иудео-христианская  удобно-уютная цивилизация сошла с нефтяной иглы, а  юго-восточные и прочие сатрапы с их полунищими и полудикими подданными «тянут локш».
Но ничто в природе не исчезает бесследно. Когда-нибудь до человечества дойдет, наконец,  и ему поставят в Европе памятник, наподобие знаменитого «писающего мальчика» в Брюсселе. Только писать  будет не  мальчик, а  доктор наук средних лет, в очках и в шляпе. .
С этими мыслями Давид Моисеевич заснул сладким сном…
Но лучше бы он не просыпался.
Потому что по телевизору, который он на радостях  забыл выключить  вечером, утром показывали балет «Лебединое озеро». Это с ранья-то, вместо программы передач! И это была последняя, «лебединая песня» российской нефтекратии.
Вместе с ценами на нефть рухнула вертикаль власти. Патриоты пошли громить магазины и «мочить черножопых», либералы говорили «мы пойдем другим, парламентским путем», но в процессе дискуссии их отоваривали   по башке дубинками, отобранными у милиционеров.
К Рабиновичам прибежала соседка с сообщением, что другие соседки  составляют список сионистов, виновных в падении цен на русские энергоносители. Одного человека, который нес в поликлинику  склянку с мочой на анализ, толпа чуть было не линчевала, несмотря на то, что он клялся и божился, что чисто русский.
От Циммерманов, путаясь в шнурках, прибежал мальчик сказать, что Израиль прислал самолет  за евреями, и они уже собирают чемоданы.
Но Давид Моисеевич в Израиль не хотел. Его еще двадцать лет назад отговорил, кто бы вы думаете?  Покойный Владимир Ильич Ленин, который в статье одна тысяча девятьсот одиннадцатого года, еще до революции, писал, что у евреев не будет равенства даже в своем еврейском государстве, потому что те, кто приехал раньше, станут сдавать квартиры тем, кто приедет позже и драть по три шкуры с братьев по крови.
Еврейскому самолету Рабиновичи предпочли немецкое посольство, где им присвоили статус беженцев и по прибытии в ФРГ дали бесплатную квартиру да еще с мебелью, и в подъезде  пахло не  кошками, а шампунем.
Единственное «но», терзавшее душу Давида Моисеевича: «как  можно жить среди немцев, которые убивали евреев?!» – отпало сразу, только он вышел на улицу.
Ничего похожего на немцев и близко не было. Арабы, турки, индусы и негры различных мастей потоками текли по тротуарам.
(Немцы в это время передвигались в авто по проезжей части).
Стоя с открытым ртом среди  разномастной и разноязычной толпы народов, Давид Моисеевич почему-то вспомнил побасенку своих студенческих времен:
« — Повернем истории карусель, как сказал Жан-Жак Руссель!
—   Ошибка, студент: не Руссель, а Руссо.
— Ну,  хорошо, повернем колесо. »
Поворачивать колесо истории оказалось не под силу ни Жан-Жаку, ни Давиду Моисеевичу. Оно само вертелось, куда ему хотелось.
Когда нефть обесценилась, ближневосточные шейхи, эмиры и короли-саудиты бежали со своими гаремами в горемычную Европу, поближе к швейцарским банкам, где хранились их капиталы. А их народ-паразит, который разучился сеять и пахать, тем более, в пустыне, поджог бесполезные скважины, зарезал, кого успел, и побежал вслед за ними в Европу, где  можно было , сидя на пособии, паразитировать дальше.
И Давид Моисеевич понял, что с их сионистскими мордами, нынче в Европе небезопасно появляться среди людей и в тени мечетей. Посему в день выплаты немецких пособий семья  Рабиновичей  ничем не выделялась среди стоящих в очереди с протянутой рукой. Роза Давидовна  была закутана с ног до головы в чачван с паранджой, а мужская часть семьи красовалась в клетчатых мусульманских платочках на головах.  Давид Моисеевич, который с горя не брился три дня, разительно походил на Ясера Арафата, но это его не смущало. Хотя Ясер — злодей и душегуб, зато лауреат Нобелевской премии, а это даже выше, чем доктор наук.
Впрочем, и Европа не заметила, как превратилась в дом терпимости. То есть, пардон, -политкорректности.
(Людям старшего поколения спешу разъяснить,  что  слово «терпимость» на язык современности переводится, как «политкорректность», а значит, дом  политкорректности — это вовсе не бардак, где  вы платите деньги за любовь, а совсем наоборот: вам платят деньги за ненависть). Немцы, французы, британцы, итальянцы, и разные прочие шведы материально не очень пострадали, разве что пришлось принять мусульманство, зато их сверкающие лимузины заправлялись  дешевым горючим, которое поставляли китайцы.
Каждый китаец, а их более миллиарда,  считал своим священным долгом справлять малую нужду в большой  мочевой пузырь китайского народа. От этого всенародного мочеприемника через  Россию в Европу тянулся  Великий Китайский Мочепровод.
И отныне Европа сидела не на нефтяной игле, а совсем на другом приспособлении, которое я  не рискую назвать китайским словом их трех букв. Наверно, у них это пишется одним иероглифом.

Марк АЗОВ