Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПОЭЗИЯ / Владимир Гольдштейн. Зима в городе (стихотворения)

Владимир Гольдштейн. Зима в городе (стихотворения)

Владимир Гольдштейн
Владимир Гольдштейн

СОНЕТ О СТИХАХ

Кавалькады стихов не пиши –
Лишь слова выводя на бумаге:
Ризы рифм – это святости флаги
На вершинах парящей души…

Никогда не насилуй себя
Сочинением суетных строчек,
Где среди междометий и точек
Бродит гордость – небесность губя…

Не пытайся унылый размер
Подсластить зарифмованной прозой –
Сладкозвучий бодрящей глюкозой
Не спасти колченогих химер!

Просто – пение космоса лир
проживи и вдохни в этот мир….

***

Я робко склеил тишину
Из нот босого счастья,
И мир покорно утонул
В её звенящей власти,

Альманах

И не осталось ничего –
Ни отзвука, ни света,
Лишь нашей встречи Божество
И Ты – в любовь одета.

Вселенной вставший циферблат
Пленил мгновений племя,
И Боги потупили взгляд –
И усыпили время…

ЗИМА В ГОРОДЕ

Мёрзнут длинноногие красотки
на трамваях и щитах реклам,
Супермаркет ломится от водки –
нашего ответа всем ветрам.

Где-то за экватором – кокосы,
кондиционеры трут фреон…
Мы не там. Мы здесь. Мы – эскимосы
за промерзшим кружевом окон…

Где-то в небе – полный ноль и вакуум,
по сравненью с ним, у нас жара,
Да еще и снег нарядной ватой
разукрасил праздников парад,

И ещё не выбросили ёлки,
и еще не начался февраль –
Влажных льдинок острые осколки
на боках машин терзают сталь.

В  дефиците соль, песок и где-то
затерялись те, кто исчеркать
Должен был всем этим до рассвета
тротуаров белую тетрадь.

На её листах – безумство линий
в трафаретах стоп и кляксах лап,
И бездомный пёс у бровки стынет,
закусив в зубах язык, как кляп.

И совсем не верится в бутоны,
в пот на лбу и крем от комаров,
В то, что будет зной – где всё застонет
от тоски по ласкам холодов…

***

На пути к лучезарности истин
Я был трижды до нитки обыскан,
Я был трижды распят у дороги,
Я был трижды сожжен на пороге…
В первый раз – за отсутствие Веры
Я окутан был саваном серым
Из пустых и никчемных мечтаний
О сверкающей лестнице знаний…
Раз второй меня сбросил крикливый
Чёрный рой воронья у обрыва –
Каждый ворон дышал моим страхом,
Был повержен с вершины я махом…
Ну а в третий, когда мне казалось,
Что преград никаких не осталось,
Что уж нет ни сомнений, ни страха,
Стерегла меня главная плаха. –
Без страданий, без слёз и без боли,
Без вины разъедающей соли,
Без ударов ревнивой фортуны –
Только счастья безбрежного струны,
Только шорох купюрный в усладу,
Только годы беспечные кряду,
И не нужно крутого подъёма
Под раскаты ревущие грома!..
Поднимусь ли, взлечу ли, прорвусь ли,
Обменяв звонки струны на гусли,
Что, так тихо, оглохшую душу
Призывают каноны разрушить?
Что зовут не к достатка равнинам,
А к заснеженным тропам кручинным…

На пути к лучезарности истин
Я был трижды до нитки обыскан,
Я оставил еду и поклажу,
И забот полинявшую пряжу,
И обид прохудившихся ворох –
На и от тех, кто близок и дорог,
И себя – отлученного часто
От вершин незатейливым счастьем…

Я вздохнул и шагнул в пропасть неба –
Как же долго я с истиной не был!

***

Альманах

НЕЖНАЯ ОСЕНЬ

Совершилось совершенство
Меж пяти подножий сосен,
Где блаженство от главенства
Влажной власти слова осень,

Где наградой для парада
Ежегодного предзимья –
Моросящая отрада
Перед сладкой спячкой зимней.

Соскользнуло совершенство
Свежим ветром с верхних веток –
Надземельное блаженство
Неземной прохладой светит.

В блёстках-бусинках у белки,
Беспокойно-беззаботной
Зреет знак пурги-побелки
И зимы за-поворотной.

Но пока до поворота –
Павших листьев прелый месяц,
И сверкает для кого-то
Снежным светом млечный Месяц…

***

Распахните дверь, пожалуйста,
К самым дальним берегам,
Где ни жадности, ни жалости –
Только плеск и птичий гам,

И сверкающие отблески
Не робеющей зари
Сквозь печалей старых оттиски,
Сквозь дома и фонари.

Не скучайте о непрожитом –
Боль от скуки не спасет.
Пусть уже немало пожито,
И, как будто, было всё…

В многоразовом признании
Нескончаемой вины
Нет ни святости, ни знания –
Лишь безрадостные сны.

Распахните дверь дубовую
В голубую пустоту
И шагните в это новое,
Улыбнувшись на лету.

***

Какие странные открытия
Проистекают из признания
Любого грустного события –
Любимым способом познания.

Какие свежие возможности
Провозглашает сердца звонница –
От вечномудрой осторожности
К вечнозовущему: «Исполнится!»

И так прилежна, так старательна,
Совсем нага и не таинственна,
И так безумно привлекательна
Бесстыдно-сладостная Истина…

***

Вы ослепительно красивы,
Но холодны –
И Ветра жаркого порывы
Вам не нужны,

И пылкость губ, и свет ладони –
Пустой каприз,
И в Вашем взгляде посторонний
Холодный бриз…

И я ­– никто из ниоткуда
Для Вас всегда,
И ослепительное чудо
Ваш выдох: “Да…”

Владимир Гольдштейн
Днепропетровск, Украина – Чикаго, США