Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПРОЗА / Виталия Белостоцкая | Как я ходила в Бней-Брак

Виталия Белостоцкая | Как я ходила в Бней-Брак

Как я ходила в Бней-Брак

Давно это было. Я тогда только училась на ришайон (лицензию) налогового консультанта. Тяжелая была учеба, мне есть с чем сравнивать.

Потом, уже через десять лет, я делала второй тоар (мастерат) в Ариэльском универе. По сравнению с той учебой – семечки.

Да, так вот. Со мной в классе учились две молодые женщины из Бней-Брака. Помню, они меня совершенно поразили своим отношением к учебе. У меня тоже была мотивация не маленькая. Но эти две женщины…

Они учились – как голодные едят. Самозабвенно, стараясь докопаться именно до понимания экономического смысла… Понять, а не зазубрить.

Я пришла на эту учебу уже с третьей ступенью по бухгалтерии, так что на учебе по хешбонауту (бухгалтерскому делу) мне было легче.

Я им старалась помочь, объяснить. Когда была возможность, расспрашивала об их житье-бытье.

Альманах

У одной муж работал, у другой – учился в колеле – высшей еврейской школе. Это что-то вроде аспирантуры, туда идут после ешивы.

Помню, я возмущенно сказала:

– А чего это он не работает!

А она ответила:

– Ты что! Если он бросит учебу, это будет крах моей жизни.

И я поняла по ее лицу, что она не преувеличивает.

Я заткнулась.

Они менялись с какими-то подругами, сидели с детками по очереди, другие женщины учили программирование…

Да, так о Бней-Браке. Я училась, а значит, денег у меня не было. А тут Ханука, племянники, надо думать о подарках.

И они мне предложили все купить в Бней-Браке. Потому что у них может быть дешевле.

Я уточнила еще:

– А меня так не прогонят? Я в штанах вообще-то…

Они только рассмеялись, сказали, что – нет. И вот после учебы мы поехали в Бней-Брак вместе.

Вышли из автобуса, они мне показали магазин, показали, как от него дойти до Жаботински, а там – остановка на Ариэль.

Зашла я в магазин, там мне дядечка дал платок. Я его начала повязывать на голову, он улыбнулся и попросил обвязать вокруг талии. Если я не против.

Альманах

Ну, чего мне быть против, это же я к ним пришла. Пошла в магазин, много чего купила.

А когда я вышла…

Когда я вышла, со мной случилось странное. Вместо того, чтобы идти, как девочки объяснили, я пошла в обход магазина. Мне вдруг показалось, что я знаю это место, знаю давно… И что вот там, за углом, будут два магазинчика. Один – с серебряной посудой, а другой – с какими-то волосами…

Я тогда понятия не имела о париках, правда. Просто картинка…

Я зашла за угол. Там были два магазина.

Один – с серебряной посудой, а другой – с какими-то волосами…

Я с трудом дошла до какого-то выступа, села и закурила.

Знаете, страшновато. Как будто портал открылся.

Выкурила я подряд две сигареты, строго сказала себе:
– Виталя, а ну, вали отсюда по-быстрому. Унесет нафиг.

Встала и потихоньку пошла.

И вдруг услышала сзади:
– Шикса!

Я хихикнула. Ну, как бы… У меня очень, очень типичная внешность. И все мое детство, пожилые евреи, при встрече со мной, умиленно улыбались и говорили: «Аидише мейделе».

Я обернулась и увидела подростка, и я с улыбкой спросила у него:
– Что, правда?

Мальчик глянул мне в лицо, вдруг залился краской и сказал:
– Извини. Извини, пожалуйста… Ошибся…

А тем временем, нагоняя этого мальчика, ко мне подходил старый дедушка в шляпе.
И подойдя, сказал:
– Да, мальчик ошибся. Не сердись на него. Но почему ты улыбаешься?
– Потому что это смешно, – ответила я.

Дедушка внимательно глянул мне в лицо и спросил:
– Аидише мейделе? Да?
– Ну конечно, – ответила я.
– Многие благословления на тебя, – сказал дедушка.
– Спасибо, и тебе того же. И скажи мне, как пройти на Жаботински.

Он показал. Он улыбался. И потом долго смотрел мне вслед.

А я шла на Жаботински. Чтобы ехать в Ариэль. Только иногда оглядывалась.
Он все стоял и смотрел. Вот.

Виталия Белостоцкая
Фотоиллюстрация Натальи Волковой