СОРТИРОВКА: литературная критика

Завязку никто не воспринимает всерьез. Сколько сказано про кульминацию, на тысячи частей разобрана экспозиция, а завязка – все ясно и просто – первое значимое событие. Как-то и говорить не о чем.

Мне сложно отделить свой мир от его мира, пусть мы абсолютно разные от рождения до уже нынешнего возраста. Хотя бы потому, что во мне каждый день звучат его строки, родные как мои. «Сквозь шум дождя я ничего не слышу...» — сразу приходит на ум, при первой капле. «Камень плывет в земле...» — при шаге в сторону от зеленой тропы, при взгляде на обнажающуюся подоснову растительного мира. «Был послан взгляд — и дерево застыло...».

Штрихи к двойному портрету Слуцкого и Самойлова

Я здесь лежу тот певец, что нежные страсти прославил. Дар мой меня погубил имя поэта – Назон.

Штрихи к портрету Льва Озерова 

Шукала одну інфу, в пошуках винесло бог зна куди. Я коли шось шукаю, треба вчасно зупинятись, бо хочеться вже стулья ломать.

Мы издаем книги находясь между целой стаей сцилл и табуном харибд, а наше искусство как раз и заключается в том, чтобы учесть все факторы, несмотря на то, что они могут казаться взаимоисключающими.

Я второй раз в жизни съездил в Царское Село. Первый мой визит был неудачен: я, конечно, походил по дворцу, погулял по саду, но главной целью был Лицей, а туда, как назло, не пускали – велись какие-то работы. В этот раз я всё предусмотрел: билет был оплачен, проход гарантирован. Dahin, dahin!

Выпускаешь первый том цикла. Тот стоит колом. Никому неинтересно. Ты с ним так и этак, со словами, с притопом, ан нет.

Их много, дальних и близких переулков, набралось в судьбе этого премудрого пилигрима, невероятного сочинителя, этакого московско-лондонского Сократа.