Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ДЛЯ ДЕТЕЙ / Ирина Забелышенская | Переворот с зефирками

Ирина Забелышенская | Переворот с зефирками

Переворот с зефирками

Инспектор Мано задумчиво болтал ногами в оливковых берцах и грыз кусьпаёк, сидя на покатой крыше патрульного катера. Где-то вдали лаяли недопсы и постреливали семена лоританского гороха, вырываясь из стручков. Ничто не могло вывести инспектора из состояния сосредоточенной задумчивости. Ничто, кроме звука резкого торможения. Чиркнув по стройным кипарисам и пробороздив гороховое поле по диагонали, звездолёт «Sweety» остановился точнёхонько у патрульного катера. Выкинув якорь и для надёжности поставив транспорт на ручной тормоз, капитан Ядвига Новак выбралась из люка.

— Как оно ничего? — приветствовала она старого знакомого, отсалютовав от гермошлема.

— Да ничего обнадёживающего. Впрочем, как всегда! — инспектор отсалютовал в ответ остатками кусьпайка.

— Проблемы?

— Надвигаются. Нутром чую.

— Это с городского отстойника потянуло, оттуда и учуял!

— Не оттуда. Руди Роббер объявился.

— Откуда знаешь? О нём уже цикла три не слышно.

— Инфобот передал запись разговора вольных флибустьеров. Что-то у них намечается на Невезувии, а там логово Руди Роббера. Как пить дать, без него не обойдётся — лапу даю на отсечение!

— Ты это, лапами не разбрасывайся, они тебе ещё пригодятся, как и хвост! — Ядвига дружески хлопнула по широкому плечу Мано. Униформа скрывала шерстистый торс гиброида, но повадки манула то и дело давали о себе знать. Вот и сейчас острые когти показались на мгновенье, и вновь спрятались, ничем не выдавая правильную форму мужской ладони.

—Так, а что у нас на Невезувии? — капитан Новак жестом иллюзиониста материализовала карту ближнего космоса. — Космопорт, заповедник, отель для туристов, школа танцев для андроидов, зефирные плантации. Ничего особенного.

— Правильно, космопорт. С ангарами. И с посадочными платформами для пиратских звездолётов — контрабандные зефирки за милую душу идут на Прибалдениусе у местных сладкоманов.

— Так может слетаем, осмотримся? — Ядвига сдунула с носа непослушную прядь фиолетовых волос.

— На этом корыте? — Мано с досадой пнул носком патрульный катер. Катер огрызнулся выхлопом сероводорода.

— А «Sweety» на что? Доставит хоть на Омикрон Пси, хоть на Невезувий! У меня как раз отпуск!

Мано с кошачьей грацией запрыгнул в люк звездолёта вслед за капитаном Новак и устроился в рубке. Запах карамели одуряюще ударил по вибриссам. Инспектор передёрнул плечами:

— Ну и амбре тут у тебя! Хорошо, хоть не валерьянка!

Ядвига ловко закинула увесистую порцию ирисок в топку реактора и развела руками:

— Экспериментальный образец, биотопливо! К некоторым нюансам быстро привыкаешь! Держись, турбулентность!

Звездолёт задрожал и взвинтился в стратосферу. Корпус ощутимо тряхнуло. Лабораторные крысы возмущённо затопали к спасательной капсуле и пригрозили покинуть борт. Шерстинки на торсе Мано вздыбились от такой наглости — сработал генетический рефлекс. Но он взял себя в лапы… руки… успокоился, то есть! Всё-таки он гость, а хозяйке совершенно незачем отмывать звездолёт от ошмётков грызунов, если он не сдержится! Ядвига, кажется, не заметила приступа ярости, поинтересовавшись:

— А что в заповеднике Невезувия? Редкая фауна или целебная флора?

— Да Хель их знает! Ходили какие-то слухи, не очень вникал. На месте разберёмся.

Звездолёт выровнял движение, трясти перестало. Крысы вернулись в лабораторию, занявшись опустошением кормушек. Мано с завистью проводил их взглядом. Взгляд поймала капитан Новак и предложила подкрепиться. Гуманитарной помощью — пищей космонавтов с МКС. Весь путь до Невезувия Мано учился выдавливать еду из тюбиков. Получалась так себе — звездолёт украсился пятнами рагу, спагетти болоньез, морковного супа и сливового пюре. Ядвига тюбиками не угощалась, предпочитая ириски. Они с кораблём наперегонки уничтожали запасы. Мано даже раздумывал о том, хватит ли ирисок на обратный путь, и можно ли скормить звездолёту тюбики. Или крыс, на крайний случай — всё ж биотопливо!

Время полёта промчалось со скоростью эскадрильи боевых дронов в безветренный день. Удачно сократив путь по логарифмической спирали, «Sweety» пронёсся сквозь метеоритный поток и приблизился к Невезувию. Однако на подлёте к планете ждал сюрприз, а сюрпризов капитан Новак не любила, тем более неприятных. Корабль внезапно изменил курс и начал интенсивно снижаться, не реагируя на управление. Когда до поверхности осталось совсем немного, по обшивке шкрябануло и на звездолёт начала опускаться прочная сеть.

— Твою Кассиопею! — в сердцах ругнулась Ядвига, — Мы в ловушке!

— Парсек тебя раздери! — Мано сжал тюбик с малиновым вареньем. Варенье живописно украсило панель управления.

— Люк не открыть, заклинило намертво! Скорее, за мной! — Ядвига понеслась к спасательной капсуле, обгоняя привычно марширующих туда же крыс. Мано шустро поскакал за ней, зашипев на конкурентов.

Сеть-ловушка прочно спеленала «Sweety», но Мано и капитан Новак успели втиснуться в капсулу и стартовать с корабля. Остаться незамеченными помог корпус звездолёта и кроны высоких деревьев, в гущу которых нырнула спасательная шлюпка.

— Ну вот, а ты ещё сомневалась! Точно Руди Роббер, коготь ему в ухо! Его метод! — инспектор выбрался из капсулы с неизменной кошачьей грацией.

— «Sweety», детка моя! Клянусь, если он с тобой что-нибудь сделает, я этому отбросу Робберу пооткручиваю и поотрываю все импланты! И не только! — Ядвига разбушевалась не на шутку. Мано даже отодвинулся на пару шагов от греха подальше — как бы грозная капитанша не начала с него поиск того, что можно пооткручивать. Он оглянулся на изумрудно-бирюзовые джунгли, обступившие спасательную капсулу стеной, и воскликнул:

— Эй, а мы, похоже, в заповеднике!

Ядвига притихла, с интересом прислушиваясь. Со всех сторон разносилось чириканье, свист, пощёлкивание и прочие звуки дикой природы, включая переливчатые трели и мелодичные рулады.

— Заповедник, точно. Птички поют, травка муравеет.

Ядвига задумчиво потянулась к ярко-оранжевому цветку, намереваясь сорвать. Цветок внезапно щёлкнул челюстями с мелкими острыми зубками и побежал прочь. Капитан Новак отдёрнула руку и спрятала в карман на всякий случай. Звуки будто приблизились, оглушая со всех сторон. Листья на деревьях зашевелились, ветви потянулись к Ядвиге и Мано.

— Кеплер им в тинтакль! — Мано оттолкнул чью-то зелёную лапу, посягавшую на значок инспектора. Но вслед за лапой из бирюзового малахита окружающей растительности в сторону Мано шагнуло существо. Прямостоящее, напоминающее живой конструктор из крокодила и обезьяны, покрытое мягкой зелёной шерстью, оно потянулось к гиброиду и легко коснулось головы, невесомо погладив по густой гриве волос.

— Оно улыбается! — прошептала Ядвига.

Крокодилья пасть существа и впрямь растянулась в улыбке. Но ужаса и отторжения это не вызывало — обезьяньи ушки, живые умные глаза и вертлявый хвост вызывали симпатию.

— Наш мальчик! — неожиданно произнесло существо. Из листвы шагнули и стали рядом ещё несколько таких же зеленошерстных и так же умильно растянули пасти в улыбке, глядя на Мано. Ядвига почему-то их совершенно не интересовала. О причине такого пренебрежения она задуматься не успела. Над джунглями раздался вой и свист разрезающих небо кораблей-разведчиков. Существа потянули Мано и Ядвигу под сень густой листвы.

Когда облёт заповедника завершился, капитан Новак и инспектор Мано узнали, что попали к крокозянам — племени, проживающем на Невезувии очень давно, с тем самых пор, как начались опыты над выведением гиброидов. Они стали первыми разумными химерами-гиброидами. Крокозяны оказались в какой-то, очень относительной мере предками Мано, потому и обрадовались визиту «потомка», почуяв биологический коктейль крови. Однако выйти за пределы заповедника крокозяны не могли — Руди Роббер и его банда захватили планету, загнали всех прагиброидов в джунгли, окружив электрическим забором. Раньше, до захвата Невезувия, крокозяны выращивали зефирки и жили вполне счастливо.

— Свободу крокозянам! — в порыве родственной солидарности вскричал Мано. Он-то был свободным гиброидом и никогда не знал тягот угнетения.

— Революция в джунглях? — Ядвига скептично ухмыльнулась, доставая из недр спасательной капсулы плоскогубцы и разводной ключ, — Попробую отключить напряжение, а ты как-то организуй «родственников» в боевой отряд.

Пока капитан Новак возилась с электрозабором, Мано, возвышаяясь на трухлявом пне, объяснял крокозянам принцип захвата территории методом «отряд подкрался незаметно». Особых усилий в незаметности отряду не требовалось — естественный окрас эффективнее любой маскировки! Ядвига перенаправила напряжение забора на спасательную капсулу, а оттуда — на освобождение «Sweety» из сети-ловушки и перехват управления. Как только всё было готово, началось…

— Вперёд, свободный народ! — Мано внезапно ощутил прилив лидерских наклонностей, возглавив войско крокозян. От этого прилива что-то в голове перещёлкнуло и из глубин памяти сами по себе возникли слова:

На бой кровавый, святой и правый
Марш, марш вперёд, рабочий народ!

Крокозяны немного засомневались в предложенной вокальной перспективе, но общий боевой настрой уже было не сбить. С палками и камнями понеслись они лавиной, на ходу отламывая металлические прутья ограждения.

Банда Руди Роббера как раз в ускоренном темпе паковала зефирки в ангаре космопорта с помощью танцующих андроидов. Неожиданное нападение крокозян с земли и обстрел «Sweety» с воздуха застали пиратов врасплох. Звуки ломающихся конечностей и лязг мощных челюстей наполнили ангар. Бандиты, с руками по локоть в зефирках, не успели схватить оружие, а танцующие андроиды утанцевали на урок в школу танцев. Ведь оттуда так заманчиво звучали аккорды, перед которыми совершенно невозможно устоять:

Кавалеры приглашают дамов
Там, где брошка, там перёд.
Две шаги налево, две шаги направо,
Шаг вперёд и два назад.

Вскоре, побитые и связанные, пираты были уложены штабелями и упакованы в полицейский шаттл с двойным амбарным замком и тройной ангарной задвижкой.

— Свободу крокозянам! — неустанно восклицал Мано.

— Свободу крокозянам! — дружно скандировали зеленошёрстные предки гиброида, вещая по экстренной связи в межгалактический эфир.

— Свободу крокозянам! — вторила в знак солидарности галактика и жители досягаемых эфиру планет. А на недосягаемой Коля Петров с помощью самодельного радиопередатчика, сделанного из батарейки «Планета» и старой платы от телевизора «Фотон», ловил звуки космоса. Космос поймался призывом к свободе и Коля в порыве единства с революционными инопланетниками забубнил под нос:

Смело мы в бой пойдём
За власть Советов
И как один умрём
В борьбе за это!

Меж проводами проскочила искра, плата задымилась. Коля схватил бутылку напитка «Буратино» и погасил искру, из которой так и не возгорелось пламя. Радиолюбитель пригрозил кулаком недоброкачественной батарейке, далёкому космосу и грозно отчеканил, как настоящий пионер:

Войны мы не хотим,
Но в бой готовы,
Ковать мы не дадим
Для нас оковы!

Далёкий космос отозвался раскатами грома и заглушил на недосягаемой межгалактическому эфиру планете радиоволны с Невезувия шумом майского ливня. А Ядвига, всеми позабытая в пылу революционного переворота, методично отдирала остатки сети-ловушки со своего звездолёта, поминая поштучно все импланты Руди Роббера. У «Sweety» израсходовалась вся энергия до последней ириски. Ни один индикатор не светился на приборной панели, ни один шарнир не поворачивался в безжизненном космическом транспорте. Запас топлива иссяк, а перспектива остаться на Невезувии не слишком радовала капитана Новак. Это Мано, похоже, теперь и зефиркой отсюда не выманишь. Стоп! Зефирки! Органические, натуральные плоды с плантаций! Полные декстрозы, фруктозы и глюкозы в чистом виде!

— Манооооо! Слезай с броневичка, тащи сюда свой гиброидный хвост! — заорала Ядвига.

Упакованные контрабандные зефирки из бывшего пиратского ангара перекочевали прямо в трюм «Sweety». Крокозяны с большим почтением собственными лапами загрузили их на звездолёт. Пробная порция биотоплива пришлась по вкусу реактору. Капитану Новак, надкусившей сразу пару зефирок, видимо тоже. «Sweety» ожила и была готова к полёту.

— Будем прощаться? — Ядвига протянула ладонь инспектору, дожёвывая зефирку со вкусом тирамису в кляре.

— Ты меня что, бросаешь здесь, одного? — узкие зелёные глаза Мано округлились до размеров блюдец из чайного сервиза.

— Ты же вроде родню нашёл? Здорово вы с ними спелись!

— Нашёл. Но, знаешь ли, к родне хорошо в гости приезжать — роднее будем! — подмигнул Мано.

— Тогда запрыгивай! Только я на КЭП-1. Там замечена подозрительная активность — слетаются зайцы со всей галактики.

— Разберёмся! «Sweety», вперёд!

Плавно оторвавшись от Невезувия, звездолёт сделал прощальный круг над планетой, помахав фотонной пушкой и взмывая в небесную высь.

Ирина Забелышенская

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x