Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПРОЗА / Ирина Афремова | Откуда вы приехали?

Ирина Афремова | Откуда вы приехали?

Родилась я в городе Днепропетровске. Там закончила и музыкальное училище, и университет. На одном месте мне никогда не сиделось. Успела объездить пол Союза, пожить и поработать на Крайнем Севере в городе Надыме. А в 1990 репатриировалась в Израиль с мужем и двумя красавицами-дочками. Кем только не работала. И много училась. Успела побывать и замом мэра города, и учителем, и даже директором музея. Самая любимая моя работа – экскурсовод. Самое любимое хобби – путешествия.

Откуда вы приехали?

Баденвайлер – тихий курортный городок в Германии. Там очень хорошо, и там ничего не происходит. Может поэтому среди покоя, зелени, вкусной еды и полезной воды обращаешь внимание на разные мелочи.

Полный грузный весьма пожилой человек с круглыми глазами и мягким подбородком уже несколько раз пытался заговорить с нами. Он громко здоровался в лобби и в бассейне, однажды радостно указал на табличку возле дверей отеля, где было большими буквами написано, что тут останавливался А. П. Чехов и, наконец, подсел к нашему столику во время ужина. Пухлый старик начал беседу с риторического вопроса говорим ли мы по-немецки. Только вчера у стойки в отеле он слышал наш вымученный английский, сопровождаемый бодрой немецкой улыбкой, приправленной “гутен абендом”.

Вторым вопросом был знакомый с четвертого класса школы: “Ду ю спик инглиш?”
Ну, кто же не знает ответ. Мы перешли на английское выражение лица и снисходительное: “Литл”.

У немца английский был прост и понятен даже нам. Он короткими предложениями изложил, что любит русскую литературу, особенно любит Лермонтова, и хотя по-русски не говорит, но знает знаменитое стихотворение любимого поэта в оригинале.

Альманах

Дальше был Лермонтов не только по-русски, но почти без акцента:

Горные вершины
Спят во тьме ночной,
Тихие долины
Полны свежей мглой;
Не пылит дорога,
Не дрожат листы…
Подожди немного-
Отдохнешь и ты!

Мы растрогались, мы зааплодировали. Захотелось выучить и прочесть Гёте в оригинале.

Все посетители ресторана обратили внимание на немецкого чтеца и его русских слушателей, все обрадовались дополнительному развлечению во время вкусного ужина, все улыбались. В воздухе витало взаимопонимание. На входе в ресторан замаячила дружба, а может и любовь в обнимку с мировой поэзией.

Немец горделиво поглядывал по сторонам, проверяя впечатление, которое он произвёл своим выступлением, а его старенькая сухенькая жена таяла от гордости за своего мужа.

Следующим вопросом был обычный для продолжения беседы вопрос:

– Откуда вы?

И вопрос, и ответ были вполне в пределах нашего “литл инглиш”:

– Мы из Израиля.

Немец отреагировал странно. Улыбаться перестал – это раз. Быстро, насколько позволяло его грузное тело, встал из-за стола – это два.
Видно, сам понимая, что был уж очень поспешен, задержался на секунду и уже стоя почему-то спросил из какого мы города.
Наверное, всё же надеялся услышать, что мы из Москвы или на худой конец из Сталинграда, а Израиль это была просто оговорка. Хайфа добила его окончательно.

– Вы же говорите на русском!!!

– Да, мы родились на Украине, но вот уже двадцать лет живём в Израиле.

Следующий вопрос уже нас заставил удивиться.

– А где ваш бизнес?

Наверное, это была последняя надежда любителя русской классики. Ну, мало ли где живут эти странные русские, может хоть дела делают в Одессе или Воронеже.

Альманах

Про бизнес объяснять было сложно, на нашем английском работник нефтеперерабатывающего завода превратился в нефтяного магната. Теперь немецкий пенсионер окончательно перепугался. Это ж надо, говорят на русском, живут в Израиле и шикуют на нефтедоллары в тихом Баденвайлере.

Пытаясь загладить неловкость момента, я попросила немца прочесть что-нибудь на родном языке, но он хотел только одного: забрать свою жену и уйти от нас подальше. На мою просьбу он только ещё раз, но уже без улыбки, сурово повторил, что Лермонтов его любимый поэт, грузно развернулся и вышел из ресторана.

В оставшиеся три дня немец пытался делать вид, что не замечает нас, обычные “морген” и “гутен таг” в нашу сторону теперь произносила только его жена. Мы заметили, что ему неловко перед другими отдыхающими за свой “русский” разговор с этими замаскированными израильтянами. Он перебрался ужинать с террасы вовнутрь зала, чтобы не видеть свидетелей своей беседы с еврейскими туристами, которых он из-за их плохого знания иностранных языков принял за русских.

Похожий на итальянца арабский парень официант тихонько ухмылялся, пересказывая сцену чтения русских стихов, поднявшемуся в зал из кухни су-шефу – по внешности индусу. Повар понимающе кивал, а потом, подойдя к нам, задал ещё один лёгкий вопрос из той же программы четвёртого класса: “Эврифинк окей?”

У нас всё было ОК.

Ирина Афремова