Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПОЭЗИЯ / Галина ФЕЛИКСОН | Насмешки Фортуны

Галина ФЕЛИКСОН | Насмешки Фортуны

Насмешки Фортуны

Изменился, видно, свет,
В нём для чуда места нет.

***

Окно в Судьбу не отворить
И не захлопнуть дверь в печали.
Сестрицы Мойры изначально
Сплетают жизненную нить
Бессрочно – днями и ночами.

Устали пальцы, боль в глазах,
Рука дрожит от напряженья.
И нити плавное скольженье
В обрывах, в петлях, в узелках.
Успехи – нитки натяженье,

А неудачи – узелки:
Они завязаны так сложно,
Что их распутать невозможно
Простым движением руки,
Ума пасьянсом осторожным.

Пока сестрицы тянут нить
Самозабвенно и устало,
Ни в наслажденьях, ни в печалях
Стезю Судьбы не изменить,
Переписав строку сначала.

***

Когда Амур – мальчишка несерьёзный –
Напакостив, нагадив, убежит,
Бог Гименей – его братишка грозный
Исправить братни глупости спешит.

Когда Амур, зазря растратив стрелы,
Ревёт от злости долго и всерьёз,
Бог Гименей проворно и умело
Окрутит цепью – век не раздерёшь.

Но ежели у брачного союза
Непрочно цепь завяжет Гименей,
Опять Амур супружеские узы
Торопиться разбить стрелой своей.

И снова всё от шалости случайной
К логическому тянется концу:
Бог Гименей с колечком обручальным
Приводит пару к вечному венцу.

БЛУДНЫЙ СЫН

Блудный сын возвратился домой, но его не узнали.
Позабыли за годы и голос, и взгляд, и лицо.
Нищим странником робко взойдя на родное крыльцо,
Он на ближних глядел в неуверенной тихой печали.

Вот сестра протянула краюху горячего хлеба.
Брат, брезгливо скривившись, подал ему кружку воды.
Мать вложила в котомку остатки вчерашней еды.
Горстку медных монет дал отец, да хранит его Небо!

Тот же двор. Тот же сад. Всё вокруг неизменно и чинно.
Те же жесты и те же слова про добро и про зло.
Словно он никуда не ходил. Словно время не шло.
Будто не было странствий бесцельных, ненужных и длинных.

Значит к лучшему всё! В доме те же унынье и скука,
Бесконечность работы и мелочный склочный расчёт.
Путник снова в дорогу побрёл. Старый пёс у ворот
Вдруг поплёлся за ним и лизнул его грязную руку.

И душа захлебнулась рыданьем!.. К родному порогу,
На ходу отирая слезу, он пустился бежать.
Торопились навстречу родные. И плакала мать.
И счастливый отец обращался с молитвами к Богу.
Блудный сын возвратился!.. Надолго?

***

А Золушке дворец поднадоел:
Всё танцы, реверансы, обожанье.
Она ж привыкла меж домашних дел
Пчелой летать под мачехи брюзжанье.

Она ж, вертясь, как белка в колесе,
В иные дни присесть не успевала.
А здесь вокруг неё кружатся все,
Как будто во дворце работы мало.

Здесь всё не так: не вычищен фаянс,
На шторах пыль и в спальнях пол не метен.
А этот принц опять поёт романс,
Не замечая пятен на паркете.

Ах, прекратить бы этот произвол!
Напечь к обеду пирогов с капустой,
Сварить, убрать, до блеска вымыть пол…
Но чёртов принц на кухню не отпустит.
Здесь что ни вечер то приём, то бал.
От светской болтовни умрёшь от скуки.
И принц своей галантностью достал.
А ей бы снова взять метёлку в руки.

Хоть на недельку к мачехе сбежать,
Чтоб отдохнуть от праздного безделья!
Но во дворце покой и благодать,
И нежный принц, и гости, и веселье.

***

Тихо музыка звучала,
Рассыпая звуков вязь
Алый парус у причала
Ждал Ассоль, не торопясь.

Наливался синью вечер.
Плыли тени вдоль аллей.
Мятный зной окутал плечи
Задремавших тополей.

И луна, как кот на крыше,
Притаилась за трубой.
Почему Ассоль не вышла
На свидание с судьбой?

Что девчонке помешало
Из-за шторы увидать
Алый парус у причала,
Лунный блеск и моря гладь?

Недосказанная сказка.
Недочитанный роман.
Вместо лиц – пустые маски.
Свечка правды. Лжи туман.

Изменился, видно, свет;
В нём для чуда места нет.

***

Как постарел бедняга Дон Жуан,
Обрюзг, отяжелел, стал равнодушен.
Его любви блистательный обман
Давно ничьи не задевает души.
Да у него к тому же пуст карман.
Куда девалась прежняя отвага?
И что осталось от былой красы?
Потёртый плащ, заржавленная шпага,
Седые поредевшие усы,
Немолодой служанки грузный стан.
Как постарел бедняга Дон Жуан…

ИГРОКИ

В разбитую мозаику времён
Ползут сырые сквозняки пространства.
А Жизнь и Смерть с завидным постоянством
Играют в подкидного дурака –
Затасканный сюжет для простака.
Финал давно заранее знаком:
Жизнь – честный малый ставит всё на кон,
А Смерть – известный жулик и мошенник.
В поступках Смерти полная свобода:
Ведь у неё крапленая колода
И дама пик лежит под рукавом.
Пускай игра идёт не ради денег –
У Смерти меркантильный интерес:
Блефует, соблюдая политес.
А Жизнь играет плохо, но азартно.
Смерть так ловка, а Жизнь пряма, как жердь.
И шлёпают засаленные карты.
И, как всегда, выигрывает Смерть.

***

В каждом веке прежние проблемы:
Поиски врага, амбиций шквал.
Снова маски мечутся по сцене.
Рвутся клоуны на пьедестал.
Лозунги зовут к борьбе за счастье.
Нетерпимость сеет вечный страх.
Льётся ложь о равенстве и братстве.
Рядом взрывы. Смерть на площадях.
Озверев от собственного рёва,
Растоптав покой и тишину,
Толпы дикарей в столетье новом
Продолжают старую войну.
Ненависть гарцует на обломках.
Задыхаясь в чаде и в пыли,
Снова человечества потомки
Древние кострища развели.
Осветил огонь пустые лица.
Бесконечна ночь. Рассвет далёк.
Жизни боевая колесница
Рассыпает времени песок…

***

Всё придёт и уйдёт в день какой-то, в назначенный час,
Под фанфары, под взрывы, под плач – совершенно не важно.
Над Землёю повиснет Луны перепуганный глаз,
Освещая разбитые стёкла и мусор бумажный.

После нас лишь консервные банки и дым от костров.
Мы на этой земле то ли странники, то ли туристы.
Лихорадит планету от шквала событий и слов.
Бесполезно летят наших мыслей иссохшие листья.

Но когда отгрохочут последних страстей поезда,
Мы из жизни исчезнем, как боль, как беда, как усталость,
Чтобы жили спокойно деревья, зверьё и вода,
Чтоб от наших деяний следа на Земле не осталось.

МАНЕКЕН

Блестящий бравый мушкетёр:
Распахнут плащ, сверкает взор –
Сердца красавиц рядом с ним
Пылают и свечами тают.
Ему бы, шпорами звеня,
В седло и ноги в стремена –
Промчаться вскачь, чтоб за спиной
Вилась клубами пыль седая.
Весь от усов до каблуков
Он в бой любой вступить готов.
Но по иронии Судьбы
Он просто кукла восковая,
Что в переулке под мостом
В старинной лавке за стеклом
Пылится в духоте витрин,
Бесцельность жизни проклиная.

ПОЛУСКЕРЦО

Не жизнь, не смерть – так нечто между.
Не боль, не радость – середина.
Любви дешёвая небрежность
Верна всего наполовину.

Полумолитва порождает
Полуслова – полупроклятья.
Душа молчит полуживая
В полукольце полуобъятья.

Опять сердца в полупечали
Зовут на помощь полунежность.
В набаты бьют полуустало
Полумечты, полунадежды.

Кружась в цветном полутумане
Меж оплеух и поцелуев
От полусчастья полупьяны
Врагов друзьями именуем.

Полупрощанья – полувстречи,
Полуиспуг – полупрезренье.
По каплям истекает Вечность
На жёсткий камень отреченья.

Мир полуправдой – полуложью
Весь исковеркан и расцвечен.
В полдневном свете так тревожно
Горят полуночные свечи.

Галина Феликсон

Фотоиллюстрация Натальи Волковой
5 2 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x