Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / ПОЭЗИЯ / Валентин НЕРВИН | Летние песни

Валентин НЕРВИН | Летние песни

Нервин Валентин Михайлович – поэт, член Союза российских писателей. Автор 16 книг стихотворений. Лауреат литературных премий им. Н.Лескова и «Кольцовский край» (Россия), им.В.Сосюры (Украина), международного
литературного фестиваля «Русский Гофман». Удостоен специальной премии Союза российских писателей «За сохранение традиций русской поэзии» (в рамках Международной Волошинской премии) и международной Лермонтовской премии. Стихи переводились на английский, испанский, румынский, сербский, украинский языки. Живет в г. Воронеже (Россия).

ЛЕТНИЕ  ПЕСНИ

РАДУГА

Когда, наконец,
проясняется небо, когда
гроза, напоследок,
артачится и колобродит,
по желобу с крыши
бурливо стекает вода,
стареет в полете
и скоро под землю уходит.
А ты умываешься
этой водой дождевой,
которая необратимо
становится Летой,
когда появляется
радуга над головой
и скорая помощь
несется по радуге этой.

*  *  *

Я – запевала в черноземном хоре:
заматерел, и песенка стара;
поэтому душа впадает в море
и телу покуражиться пора.
Куплю билет и, в наилучшем виде,
подамся в лоно виноградных вин,
расквартируюсь где-нибудь в Тавриде
на фоне экзотических руин
и запою…

*  *  *

Прохлада с гор
спускается в долину,
по склонам облаков переходя,
и разминая спекшуюся глину
стремительными каплями дождя.
Закрыв глаза, по запаху прибоя
и вкусу виноградного вина
который век спускаюсь за тобою
в долину тектонического сна.
Глоток-другой забытого «Агдама»
и, наконец, увижу, как живых,
из глины сотворенного Адама
и женщину
из капель дождевых…

Альманах

*  *  *

Не во сне, а наяву,
не по делу, а на пляже
продавали пахлаву
и рапанов тоже, даже.
Существует некий план,
где – по линии прибоя –
каждый сам себе рапан,
пахлава – сама собою.
На проторенном пути,
в суете да канители,
мы совсем опахлавели,
орапанились почти.
Ветер гонит облака,
волны скачут в эпатаже
и на пляжной распродаже
плачут чайки свысока.

*  *  *

Кто видел, как хищные чайки
ставриду клюют наповал
и делят рыбацкие пайка,
на зоне, считай, побывал.
У Господа Бога узнай-ка,
зачем – по судьбе напролет –
душа, как голодная чайка,
живую добычу клюет?
Мы были и будем такими –
никто никого не винит:
земные законы с морскими
небесная сила роднит.

НАД  БОСПОРОМ

Червонцами я не богат
и драхмы не видел в упор,
а вот, словно царь Митридат,
гляжу на бурливый Боспор.
Как чайка над нами кружит
античного берега стих
и Пантикапей возлежит
у самых сандалий моих.

АЗОВ

Это маленькое море –
десять метров глубины,
эти волны в переборе
уморительно смешны.
Человек бывает грешен,
а природа – никогда.
Как песок над побережьем
рассыпаются года.
И звучит забытый говор
по нагайским берегам,
и волна, меняя гонор,
набегает по слогам.
Не тебе ли адресован
этот зов издалека,
это небо над Азовом,
заповедное пока?

*  *  *

Как одинокая луна
сияла женщина на пляже –
ничья на свете не жена
и не возлюбленная даже.
Она морскую глубину
хранила, как зеницу ока,
но кто польстится на луну,
хотя она и одинока?
Народ приехал отдохнуть
и нет желанья никакого
по-человечески тонуть
за ту луну со дна морского.
Похоже, и любовь моя
определяется тобою
по линии небытия,
а не по линии прибоя.

ПЕСНЯ

Помнишь, пьяная женщина пела
на исходе июньского дня:
– Каравеллы мои, каравеллы,
почему вы ушли без меня?
Оклемается мало-помалу,
помолчит и опять за свое.
И такая тоска набегала
от бесхитростной песни ее…

*  *  *

Одни загорают,
другие торгуют –
у каждого смертного свой интерес.
А если шальные дожди атакуют,
то пляжные люди бегут под навес.
Волнуется море, фальшивит гитара,
гетера нетрезвую песню поет;
и там, под навесом, помимо загара,
один покупает, другой продает.
Проходят века,
но в плохом сериале
гитара фальшивит на том же ладу,
пока догорает шашлык на мангале,
звезда на востоке и души в аду.

*  *  *

Сидит человек у реки
и слушает голос воды,
и мысли его далеки
от века
на круге беды.
А век человека влечет
по той траектории, где
река никуда не течет,
и только
круги по воде.

НА ДАЧЕ

1

Лето, что ни говори,
натуральный «Абсолют» –
от зари и до зари
птицы райские поют.
Три недели, как живу
от прогресса в стороне,
наблюдая наяву
позабытое во сне:
на рассвете – облачка,
на закате – лепота,
туалет на два очка,
холодильник и плита;
в огороде бузина,
у дороги васильки
и несбыточного сна
переправа у реки…

Альманах

2

Собрался поработать,
но лопата
элементарно валится из рук,
поскольку солнце клонится к закату
и тени удлиняются вокруг.
Наверное, вечерняя природа
располагает выпить и поспать.
А жизнь идет по дальним огородам –
другой не будет,
если не копать.

*  *  *

Друг друга отражают зеркала…

Г.И.

Когда сентиментальная Луна
заходится маниакальным светом,
я понимаю: красная цена
твоей любви – пятак, на свете этом.
Еще не зачехлили зеркала,
которые застыли между нами,
а ты уже, наверное, была
иными озабочена делами.
Я вглядываюсь в собственные сны
и различаю темную, сквозную,
зеркальную проекцию земную
на оборотной стороне Луны.

Валентин Нервин